Когда салон разгерметизировался, меня, похоже, вытянуло наружу. Или, возможно, кресло автоматически катапультировалось. Теперь это уже не имело значения. Иренка погибла в нескольких шагах от меня, а я ничего не смог сделать.
Я подвел ее. Подвел папу, которому обещал позаботиться о сестре.
Мне очень хотелось покончить со своим никчемным существованием.
В груди заворочался еще один крик, но сил на него уже не осталось. Навалился тяжелый сон.
Разбудил меня резкий толчок. Щит стремительно спускал воздух.
Я вцепился в компьютер, пытаясь узнать, почему не сработала аварийная сигнализация, и в этот момент щит втянулся в подголовник моего кресла.
Я дернулся, ожидая увидеть холодный вакуум, но вместо этого обнаружил ребристые, ярко освещенные стены… еще одного корабля.
Просторная, с высоким потолком комната пустовала. Она напомнила мне салон лайнера, на котором мы с Иренкой бежали со станции.
Иренка. Меня охватила тоска. В сознании с беспощадной отчетливостью всплыла сцена ее смерти. Неужели это никогда не закончится? Неужели я так и буду видеть Иренку, погибающую миллион раз, и чувствовать собственное бессилие?
Внезапный щелчок заставил меня поднять голову. В стене открылся круглый люк.
Сердце бешено заколотилось в груди. Над полом проплыла фигура в белой, похожей на пижаму, одежде.
Морщинистая, угольно-черная кожа, большие глаза.
Пожилая женщина смотрела на меня, не мигая. Затем ботинки прилипли к металлу, и она быстро подошла ко мне.
— Мальчик в ужасном состоянии, Говард, — произнесла она по-английски с сильным американским акцентом, какой мне доводилось слышать только по телевизору. Когда женщина склонилась ко мне, я различил в ее ухе крошечный наушник. Она посмотрела мне в глаза, затем обратила внимание на мои дрожащие кулаки и высохшую кровь на рубашке.
— У тебя есть имя, сынок?
— Мирослав, — ответил я. Из-за крови и слизи, забившей мои ноздри, голос звучал так, будто я простудился.
— Это русское имя?
— Польское.
— Что ж, благодари Господа за то, что наши пути пересеклись, Мирослав из Польши. Когда роботы атаковали Юпитер, тут был настоящий ад. Мы с Говардом отключили обсерваторию и подождали, пока они не двинутся дальше. Потом покинули орбиту и улетели.
— Улетели? Что вы имеете в виду?
— Кругом автоматика. Военных больше нет, но их машины остались. И обсерватория для них — очередная мишень. Поэтому мы с Говардом решили, что лучше будет отправиться в свободное плавание.
— Куда?
— К поясу Койпера. Последнее, что нам осталось. Мы собираемся найти Бродяг.
Бродяги. О них рассказывали в школе: частные корабли, отправившиеся в глубокий космос, чтобы узнать, пригодно ли пространство за Нептуном для колонизации. С тех пор как они пересекли орбиту Плутона, от них не поступало никаких сообщений. Здравый смысл подсказывал: Бродяги погибли.
А если нет?
Смерть Иренки по-прежнему заслоняла для меня все остальное, поэтому Бродяги меня в тот момент не интересовали. Я продолжал изучать стену.
— Меня зовут Тэбита, — представилась женщина, протягивая руку.
— Спасибо, что подобрали, — я ответил слабым рукопожатием.
— Похоже, тебя это не очень-то радует, Мирослав.
— Мирек. Сестра звала меня Мирек. Она… она…
Я не смог произнести это вслух — впрочем, слова и не потребовались. Тэбита прижала палец к моим губам.
— Тише, малыш. Ты пережил Судный день. Пойдем, я приведу тебя в порядок.
Я позволил взять себя за руку и вытащить из кресла. Женщина направилась к люку. Потом заметила, что я только цепляюсь руками за поручни, а ноги безвольно болтаются в воздухе.
— Не можешь идти? — спросила она. Я кивнул. Тэбита тут же стала ощупывать меня, пытаясь найти рану, но я оттолкнул ее.
— Паралич. Это с рождения.
— Сожалею, — женщина вздохнула. — Ну, Мирек, мы с тобой сделаем все, что в наших силах.
— А кто такой Говард? — спросил я.
— Мой муж. Скоро вы с ним познакомитесь.
Говард и Тэбита Маршалл родились в Вирджинии. Работали они на одном из мобильных телескопов, вращавшихся по орбите вокруг Юпитера. В молодости они прибыли сюда как инженеры, а позднее стали руководить обсерваторией.
2
Заполненная астероидами область Солнечной системы от орбиты Нептуна до 55 а.е. от Солнца. (Здесь и далее прим. перев.)