Леший стал карабкаться на двери. Наконец, забравшись наверх, где ему пришлось пригибаться под потолком фуры, светя налобником, Леший изготовился принимать колесо.
Снизу Лёха кинул ему ленту.
– Впрягайся, как бурлак на Волге, ебать! А лучше через перекладину "блоком" кинь, да хватай.
– Толку-то? Тереться будет о перекладину! – крикнул Леший.
– Ну, наше дело предложить. Впрягаемся? – Лёха и водитель "Глобика" стали поднимать диск и ступицу, – и Эх-бля, И-и-Эх!
Леший перехватил лямку через плечи, свесив свободный конец, и упёрся ногами в дверные коробки. Тяжело, но, перехватывая верёвку, они затягивали остатки колеса. Край упрямой железяки показался уже, когда Лёха-дальнобой крикнул:
– Чё я сразу не подумал? Лёха, привяжись там к чему-нибудь, и нехай висит! Надо же что-нибудь подложить, а то двери изнахратит мне! Привязывай, мы держим!
Леший почувствовал ослабление ленты, обвязал её конец вокруг трубки-перекладины под потолком фуры, завязав "калмыцкий узел"225.
"Вот, навыки-то от бабушки из деревни. Пригождаются в неожиданных местах, – думал Леший, – думал ли я, привязывая корову к столбу таким узлом, где мне понадобится это умение?"
– Готово! – крикнул Леший.
– А щас поищи у передней стенки картон от коробок. Там должен быть!
– Ага, есть!
– Клади его на угол под ленту и под колесо подсовывай!
Колесо в очередной раз приподняли, Леший просунул под ленту кусок картонной коробки, а другой кусок постелил под ноги.
– Ща я повисну на тросе, оно само вспрыгнет сюда, – сказал Леший.
– Ты нормально подвязался?
– Уверен!
Леший повис на тросе, упрямую железку подтолкнули ещё раз, и она вскочила прямо на картон.
– Фух, заебись! – сказал Леший.
– И всё заеблось226, как в анекдоте! – пошутил снизу Лёха-дальнобой, – Теперь надо её привязать той же лентой, чтоб она не скакала, как ошпаренная, на колдобинах.
Леший, как мог, зафиксировал остатки колеса лентой-стяжкой с трёх сторон. Получилось вроде красиво и надёжно.
– Спрыгивай, мастер каботажно-такелажных работ.
– Так меня ещё никто не называл, – сказал спустившийся и отряхивающийся Леший.
– Спасибо, братишка, помог, – обратился Лёха-дальнобой к водителю "Глобика", – как звать-то хоть?
– Серёга.
– Может я тебе должен чего?
– Да ну ты брось, – отмахнулся представившийся Серёгой водитель, – кому-нибудь другому поможешь в дороге. Дорога-то на всех одна.
– Удачки тебе.
– Взаимно, дружище.
Два дальнобоя хлопнули руками, попрощался он и с Лешим, да и разбрелись по машинам.
– Ну что, рушатся мои планы подремать, – сказал Лёха, – такими темпами мы в Омске будем часам к десяти.
– Да мне что-то спать расхотелось вообще, – ответил Леший.
– Ну вот, щас доедем до "Ермака", да бахнем кофейка, – сказал Лёха, заводя машину.
– А ось ничего что не подвязали?
– У меня на этот случай тросы под фурой натянуты. Бывало уже такое, один раз привязывал лентой-стяжкой ось. Больше не хочу, решил перестраховаться. Так что шкрябать не будет.
Ночь начала сменяться серыми сумерками. В свете фар пропархивали снежинки.
– Хорошо хоть асфальт сухой. Было бы мокро, был бы гололёд, и мы бы к вечеру только доползли до Омска, – сказал Лёха.
– Вы так спокойно про всё говорите. Поражаюсь.
– А ты поезди с моё. Первое лопнувшее колесо, вот да. Первый полетевший ТНВД. Первый оборванный ремень. Первое ДТП. Вот то воспоминания. Лучше не повторять, конечно.
Лёха замолчал, включив радио. Здесь ловилась какая-то утренняя попса.
Кемпинг "Ермак" стоял чуть в отдалении от трассы, поэтому МАЗ просто притормозил на обочине. Водитель и Леший выскочили из машины, направившись мимо просыпающихся дальнобоев к краснокирпичному зданию кафешки.
Здесь кофе был заварной. Леший предложил угостить Лёху кофе за свой счёт, мотивировав это тем, что, в конце концов, Лёха его везёт.
Помимо кофе, навернул Леший ещё горку салата оливье, пюре с сосисками, да суп. Всё это, к лешевскому удивлению, вышло немногим больше сотни рублей.
Народ ехал в Омск на работу. После Красного Яра трасса стала чуть шире, а движение – плотнее. Вокруг простирались поля и берёзовые колки с облетевшей листвой. На редких полях трактора пахали пашню под озимые. Из окон пахло коровьим навозом и чернозёмом.
Потом показались трубы омских ТЭЦ, первые троллейбусы и светофоры.
– Ну что, бродяга, тебя где высадить?
– Я бы дальше трассой поехал. Но что-то холодно. Так что мне к вокзалу.