И вот тогда до меня наконец дошло.
Черт! А ведь верно! Искривление пространства – это тот феномен, который давали мои молнии во время резкого усиления. Да я и сам видел, как исчезала кожа на моем кулаке! И если удастся проделать то же самое с фигурами, то я смогу использовать их когда угодно и где угодно. Вот только была в этом небольшая проблемка…
– Простите, лэн, но некоторое время назад эту ветвь дара мне заблокировали. И вы сами сказали, что открывать ее раньше времени опасно.
Лэн Даорн замедленно кивнул.
– Я и сейчас считаю, что нам следовало бы с этим обождать. Но мастер Даэ крайне редко ошибается. В свое время он вырастил столько мастеров, что лично я его мнению привык доверять. И раз он считает, что у вас получится, то я поговорю с лэном Нортэном. В порядке исключения мы разблокируем второстепенную ветвь вашего дара, и, пока еще есть время, вы попробуете их совместить.
Само собой, доктору это не понравилось. Само собой, он категорически возражал, и лэну директору пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить строптивого целителя пойти на риск.
– Я начинаю тебя сильно не любить, Гурто, – проворчал лэн Нортэн, когда я в очередной раз забрался в медицинский модуль. – В который уже раз ты и твое упрямство упорно норовят меня подставить!
– Это не моя идея, лэн, – на всякий случай напомнил я.
– Да какая разница?! Если ты случайно помрешь, я могу остаться без лицензии!
– Если я помру, лэн директор может остаться без должности. Хватит паники, лэн… давайте. Не то вместе с вами и я сейчас нервничать начну, а для магического дара, как вы знаете, это неполезно.
При виде моего вселенского спокойствия лэн Нортэн все-таки взял себя в руки и, пробурчав себе под нос пару крепких ругательств, закрыл крышку модуля и включил аппарат. Пространственную ветвь моего дара он когда-то заблокировал надежно, чуть ли не намертво, чтобы я даже без блокиратора не смог ею воспользоваться. Поэтому для разблокировки нам потребовалось аппаратное вмешательство, но я совсем по этому поводу не переживал. Наоборот, был уверен, что у нас все получится. И вовсе не потому, что мастер Даэ так сказал, а потому, что чувствовал – я смогу. Я справлюсь. И знал, что ничего плохого ни со мной, ни с моим даром сегодня не произойдет.
Так оно и вышло: когда я открыл глаза и встретил полный беспокойства взгляд доктора, то прислушался к себе и, как ожидалось, ничего плохого не ощутил.
– Блокиратор даю тебе новый, усиленный, – предупредил целитель, когда я выбрался из модуля и нацепил протянутый им идентификационный браслет. – Во время тренировок ни в коем случае его не снимай. Он удержит твой дар от дестабилизации и поможет вовремя заблокировать. Но если вдруг такое случится, то сразу ко мне, бегом – будем возвращать блок на место, пока ты не перегорел.
Я кивнул и, поблагодарив доктора за помощь, отправился прямиком на полигон. А уже там наставник снабдил меня всей необходимой литературой, о которой я мечтал давно и до которой в силу объективных причин так и не смог добраться.
Теорию мы с ним разбирали, разумеется, вместе. Прямо там, на полигоне, одновременно с этим осторожно пробуя обращаться к второстепенной ветви моего дара. Лэн Даорн, как и доктор, очень беспокоился за ее стабильность, поэтому работали мы медленно, аккуратно. Блокиратор в первые дни я по совету доктора вообще не снимал, да еще и на минимальной мощности его держал на случай, если что-то пойдет не так.
Однако дар вел себя прилично. Признаков нестабильности не проявлял, вредничать больше не собирался, поэтому спустя две недели взрослые с облегчением выдохнули и дали добро на занятия уже без блокиратора. Ну а в середине малойна[11] доктор снял с меня необходимые показания – параметры дара, отпечаток ауры, физические данные, после чего лэн директор оформил заявку на участие в соревнованиях, и вот с тех пор мне оставалось только ждать.
На протяжении целого месяца после этого было подозрительно тихо.
Я усиленно занимался, осваивал магические фигуры, учился быстро их создавать и одновременно прятать от чужого взора с помощью искаженного пространства. А ответа из спортивного комитета все не поступало и не поступало. Я уже даже беспокоиться начал. Но лишь в середине сессии, когда я экстерном сдал все экзамены, лэн Даорн неожиданно вызвал меня к себе и хмуро сказал:
– Я отправляюсь в столицу. Как я и опасался, кто-то из членов спортивного комитета прицепился к дате вашего рождения. Поэтому наша заявка не принята, однако пока и не отклонена, так что шансы есть. Мне, к счастью, дали возможность пояснить свою позицию по вашему участию, курсант. Я уезжаю сегодня. Когда вернусь, не знаю. В мое отсутствие тренируйтесь сами, но прошу вас соблюдать крайнюю осторожность, особенно во время работы без блокиратора.