Выбрать главу

Соответствующий «стекольщик» — из числа «разведённых» мною «узких» специалистов Чистополького часового завода «Восток», уже года три как, трудился на стекольном китайском мини-заводе и первые результаты обнадёживали. Правда, на месте — в Нижегородской Губернии, не нашлось подходящего песка — местный песок был с сильной примесью железа, придающей стеклу зелёный цвет и, ни на что более — чем на бутылки и оконное стекло низкого качества не годился. Приходилось возить специальный песок с Гусевского Хрустального Завода[65] — принадлежавшего ранее, уже упомянутому мной Мальцову[66].

— …Дальше: желательно, малоуглеродистая стальная проволока. Я тут уже узнавал: возможно, подойдёт «местная» — так называемая «гвоздильная». Тонкая листовая сталь…

— Такая жесть — как, на консервные банки идёт, подойдёт? — перебиваю вопросом.

Осваиваем в производстве — ибо, хочу замутить просто-таки — грандиозный консервный завод! И, «грандиозно» же, запастись запасами консервов перед известными историческими событиями…

— …Я думаю, подойдёт и «консервная» — только не луженая. Вообще-то, можно, не листовую сталь использовать — а, сетку из всё той же «гвоздильной» проволоки! Сам Бонч-Бруевич[67] из неё аноды делал.

«Надо бы, побольше узнать про этого самого Бонч-Бруевича, — подумал тогда, — да, подтянуть его «к нам» пораньше…»

— …Ещё из металлов нужны никель, вольфрам, молибден, платина. Без трёх последних, можно вполне себе обойтись — если, нить накала у радиолампы не оксидная. Не забыть про медный купорос, которым омеднениваем проволоку — запаиваемую в стекло!

— Всё, так просто?! — ушам своим не верю!

— Всё, очень просто — если, забыть про «дьявола в мелочах», Дмитрий Павлович!

— И, много у нас «мелочей» с дьяволами?

— «Мелочей» много — вот, самые крупные из них: все «огненные» работы — по стеклу колбы и отжигу конструкции лампы, придётся проводить водородной горелкой в водородной среде — так как, аргон нам с вами, ещё очень долго не светит…

— Взрывоопасно, же!

Москвич не смутился:

— Конечно! Но, как говорится — «боимся, но дело делаем»!

Всё-таки, надо попытаться сделать аргон «светящимся»… Не только для пайки радиоламп пригодится.

— Точечная сварка… Даже, не знаю что это такое!

— Я знаю… Ничего, осилим! …Что там дальше?

— Дальше, на мой взгляд — самая дьяволистая «мелочь»! ВАКУУМ!!! Вот тут, я вообще ничего не шарю — но, в «книжках» упоминаются роторно-поршневой насос Комовского[68] и ртутно-капельный Шпренгеля[69]… Про сами эти насосы, к сожалению, я никакой инфы «у нас» не нашёл…

Что-то, где-то я про это слышал.

— Хм… С насосами разберёмся. И, что у нас получится «на выходе»?

— Вуаля! Вот тут написано, что «на выходе» мы получили лампу по типу французской «R» — если, делали с окисным катодом. Срок службы такой лампы не более ста часов, у нас же — поперва, получится ещё меньше…

— А, если делать с «не оксидным» катодом?

— О, кей! …Тогда у нас получится радиолампа американского типа «RA»! Или, даже типа «E». Срок службы и, до пяти тысяч часов доходит — до сих пор такие лампы, коллекционеру найти не проблема…

— О! — обрадовался я, — «БЕРЁМ»!!! Определённо, берём!

— Конечно, «берём»… Вот только Вы очень сильно «устанете» брать, Дмитрий Павлович!

— Пошто, так?!

— Просто, прорва какая-то «прорывных» технологий — про которые, мы с Вами ни в зуб ногой! Здесь и «высокий вакуум», и «нанесение слоя платины на анод», и «восстановление в пламени инертного газа»… Я, например и, слов то таких, отродясь не слышал!

Видя, как я отреагировал, Москвич — с заметным злорадством, добавил:

— А, Вы, что думали, Дмитрий Павлович?! Недаром, технологи на советских радиоламповых заводах считали, что легче выпустить четыре лампы вместо одной — чем увеличить срок их службы, хотя бы в полтора раза!

Ненавижу москвичей!

Гнетущая тишина, похоронным маршем нависла над разбитым вдребезги гробом моих надежд… Тьфу, ты! Что это такое, я только что сморозил?!

— А как же Бонч-Бруевич эти самые радиолампы делал? Чуть ли не в сарае и, чуть ли не рашпилем на коленке?

Может, тоже — попаданец какой, с кучей принесённого «оттуда» оборудования?!

— Причём, он кажется делал их по тысяче в месяц… Читал где-то…

Я тоже готовился к этой «планёрке»!

— Не всему писанному следует верить, Дмитрий Павлович!

— Кстати, да… Сам засомневался в таких масштабах производства радиоламп, в охваченной Гражданской Войной и разрухой стране. Так, значит что? Нормальные радиолампы у нас делать не поучится?!

вернуться

65

Гусевский хрустальный завод — одно из старейших в Европе и России предприятий по производству хрустальных изделий ручной работы. Был расположен в городе Гусь-Хрустальный. Год основания завода — 1756, прекратил своё существование в январе 2012 года.

вернуться

66

Сергей Иванович Мальцов (искаж. Мальцев; 1810 — декабрь 1893) — русский промышленник из рода Мальцовых. Генерал-майор, почетный член Общества содействия русской торговле и промышленности. В мальцовском заводском округе на землях Калужской, Орловской и Смоленской губерний трудились 100 тысяч человек, производя машины всех видов, стройматериалы, мебель, сельхозпродукты и т. д. Там даже ходили свои деньги, была своя полиция, своя железная дорога в 202 версты и своя система судоходства. Соцпакет работников опережал все и российские, и западные нормы. На «горячих» участках рабочий день был восьмичасовой. Рабочие получали квартиры на 3–4 комнаты в добротных деревянных или каменных домах; за хорошую работу «жилой» долг порядка 500 рублей по тем деньгам с них списывался. Топливо и медобслуживание для всех были бесплатными. В школах для мальчиков и девочек кроме всего преподавались пение и рисование, а желавшие учиться дальше шли в пятилетнее техническое училище — «мальцовский университет». Его выпускники обычно становились директорами и управляющими на мальцовских предприятиях. В 1874–1875 годах Мальцов по заказу Департамента железных дорог заключил договор на изготовление в течение шести лет 150 паровозов и 3 тысяч вагонов, платформ и угольных вагонов из отечественных материалов. В новое дело С. И. Мальцов вложил более двух миллионов рублей, были построены мастерские, выписаны из Европы машины, построены печи Сименса для выплавки рессорной стали (ранее в России не производившейся), приглашены мастера во главе с французскими инженерами Фюжером и Басоном. И в этот момент чиновники из Департамента железных дорог разместили заказы за границей, ничем этого решения не мотивируя. Таким образом, на складах Мальцова к 1880 году оказалось готовой продукции на сумму 1,5 миллиона рублей. Для того чтобы как-то поддержать дело, Мальцов заложил свои крымские имения.

Жена Мальцова, оставшаяся с детьми в Петербурге, получавшая самое приличное содержание и не пропускавшая ни одного придворного бала, стала распускать слух, что её муж сошел с ума. «Поёт в мужицком хоре, тратит на этих мужиков все деньги». В 1882 году Мальцова объявили сумасшедшим. В начале 1883 года по дороге из Людинова в Дятьково Мальцов разбился и с тяжелой черепно-мозговой травмой полгода лечился. Тем временем его семья добилась через суд признания его недееспособным и лишила прав собственности на промышленные предприятия…

вернуться

67

Свою первую научную работу по теории искрового разряда М. А. Бонч-Бруевич выполнил в 1907 — 1914. Она была опубликована в виде двух статей в журнале Русского физико-химического общества. При поддержке начальника Тверской радиостанции М. А. Бонч-Бруевич в подсобном помещении радиостанции организовал мастерскую, где смог наладить выпуск отечественных электровакуумных ламп. Этими лампами комплектовался радиоприемник, производившийся в мастерской Тверской радиостанции по заказу Главного военно-технического управления русской армии.

вернуться

68

Насос Комовского — это поршневой механический насос с ручным приводом. Вращение маховика, расположенного снаружи корпуса насоса посредством кривошипно — шатунного механизма обеспечивает возвратно — поступательное движение рабочего поршня. Насос предназначен для создания разряжения или избыточного давления.

вернуться

69

Ртутно-поршневой насос — разновидность механических вакуумных насосов с использованием ртути. Были широко распространены в лабораторной и промышленной вакуумной технике середины 19-го — начала 20-го веков. В настоящее время полностью вышли из употребления и представляют только исторический интерес.