Достаточно широко применялся в Великой — в «окопной войне» и, «Ветка-Метла»: тот же «обрез» — только, под охотничий патрон двадцать четвёртого калибра, стреляющий картечью. Наш — русский «траншейный мини-веник[80]», если кто в курсе…
Перед «завершением карьеры» Веткин, в сотрудничестве с — подтянутым им на «ранней стадии» Симоновым, успел сконструировать «Ветка-Авто» — полуавтоматический карабин, принятый на вооружении РККА и Красной Гвардии и немного успевший повоевать в самом конце Продолженной Войны.
Так что, своё место на Старом Кладбище, Егорыч заслужил! А на его похороны приезж… Прилетал САМ СТАЛИН!!! Честь, которой не удостоился «наш» Калашников от Путина. Хотя, Сталин — как и я, авиационным транспортом, передвигаться страшно не любил.
И, сам Троцкий, в то время — Верховный Главнокомандующий РСФСР… Хм, гкхм… Прилетал.
А, как же пулемёты, спросите?
Ведь именно с пулемётов, по которым Российская Императорская Армия наиболее глубоко находилась в …опе, появилась у меня мысль заниматься стрелковкой.
С пулемётами, всё было ровно!
Всего, в НПО «USSR РОСС-ВОЕНПРОМ” было три оружейно-стрелковых завода.
Первый завод, находился в самом Солнечногорске и, был заточен под технологии «Бердана». Кроме переделки этих устаревших и списанных винтовок в охотничьи ружья — на которую мне с помощью Доктора-Смерть удалось поучить монополию, «Солнечногорский Оружейный Завод» выпускал охотничьи штуцера «Зверобой» и крупнокалиберные снайперские винтовки «Бур». Ну и, попозже — с началом Великой Войны, снайперскую «Мосин-USSR» — под нормальный, но специально изготовленный под это дело — «целевой», трёхлинейный патрон.
Как и, мыслил Веткин, оборудование для него и технологическую оснастку, удалось купить по цене металлолома на казённых оружейных заводах — переходивших с модели «Бердана» на модель «Мосина», а квалифицированными рабочими с них же, «снабжал» меня Доктор Смерть…
Этот завод, точнее — заводик, был небольшим, с ещё патриархальными порядками — эдакий, мини-Ижевск или мини-Тула! Производил он, практически штучные изделия — высокого качества и соответствующей себестоимости.
Второй завод — ЗАВОДИЩЕ (!!!) был вотчиной самого Егорыча — Веткина и крупносерийно выпускал, понятно что! Всемирно известный «Волжский Оружейный Завод» — «ВОЗ». Сейчас ещё и, «имени Веткина»… Находился он на Приреченских Землях — которые, уже впору называть «Призаводскими Землями»: до такой степени, «расплодились» на них всякие-разные промышленные предприятия!
Много о нём рассказывать не буду — все о нём и так знать должны. Скажу лишь, что когда в год официального принятия «Ветки» на вооружение Русской Императорской Армии, на нём побывал с инспекцией сам Федоров Владимир Григорьевич — генерал и знаменитый оружейник, он сердито буркнул:
— Что Вы мне тут цирк устроили, Дмитрий Павлович?! Не могут ваши карабины, так «течь» — рекой!
И, не попрощавшись, был таков…
А, карабины всё «текли и текли рекой»… По конвейеру. Всего «лишь» четыре-пять тысяч штук в сутки — разве, это много?!
Потом, правда приезжал, извиниться хотел, но… Но, мне было чисто некогда с ним встречаться. В общем, не заладились у меня с ним отношения. Бывает…
Кстати, свой автомат Фёдоров под наш 5,8-ми миллиметровый патрон — от «Ветки» забацал. Но, не «пошёл» он что-то в Коврове… И, в «новой» истории не пошёл.
Если честно, Владимир Григорьевич был куда лучшим писателем — чем, конструктором-оружейником… Лично у меня, такое сложилось о нём впечатление.
Третий оружейный завод — «пулемётный», мы построили перед Первой Мировой в самом Нижнем Новгороде.
«Нижегородский Пулемётный Завод»… ЛЕГЕНДА!!! Никто, до сих пор — так и, не понял, что это было…
Раньше то, просто большого спроса на пулемёты не было. Казна и, слышать про мои пулемёты не хотела! Тем более, после всех этих скандалов с британской фирмой «Виккерс» — по поводу правообладания на конструкцию господина Максима и её модернизацию… А, для собственных нужд и на продажу «частникам», мы мелкосерийно — подетально их производили и, собирали где придётся.
В частности, многие полки Императорской Армии — поняв, что без пулемётов им на войне с японцами ничего не светит, скидывались и, вскладчину, покупали у меня эти самые «Максимы-USSR».
«Пониманию» способствовала моя навязчивая реклама — когда, офицеров отбывающих в Манчжурию полков, прямо-таки заваливали рекламными буклетами и, вполне приемлемая цена наших изделий. Три тысячи «николаевскими» за один новенький пулемёт — ещё в упаковке и «масле», плюс пятнадцать тысяч «пулемётных» патронов в уже готовых, снаряженных металлических лентах, это — практически даром!
80
У американских военных боевой дробовик получил название «trench sweeper» («траншейная метла» либо «траншейная щетка»). Появлением этого ружья на фронте послужила чрезвычайно возросшая плотность огня артиллерии и пулеметов, которая загнала Мировую войну в траншеи. Штурм этих бесчисленных щелей и нор показал слабости длинных винтовок Спрингфилда и Энфилда в траншейной борьбе. К тому же выяснилась неприятная вещь, наступающих союзников в немецких траншеях встречал огонь первого в мире удачного автомата Бергманна. Вот тут себя и показала Модель 97. Штурмовые отряды союзников стали массово использовать «траншейную метлу». Главным достоинством Winchester M1897 стала большая останавливающая сила при стрельбе в упор в ограниченном пространстве. Оружие оказалось довольно неприхотливым для боевых условий — при осечке новый патрон досылался быстрым и простым движением руки. Имея почти одинаковый боекомплект, практически сравнявшись в скорострельности, ружья стали существенно превосходить револьвер по поражающему эффекту. Кроме того у американцев родилась идея расставления в передних траншеях хороших стрелков с дробовиками, заряженными мелкой дробью, на предмет сбивания (точнее — отбивания в сторону) вражеских гранат. Психологическое воздействие на немцев оказалось так велико, что 19 сентября 1918 года немецкое правительство выпустило дипломатический протест против американского использования дробовиков, утверждая, что дробовик был запрещен согласно закону войны. После рассмотрения применимого закона главным военным прокурором армии, госсекретарь Р. Лансинг отклонил немецкий протест в формальном примечании. Боевой дробовик Winchester M1897 заработал свое место как вторичное армейское оружие, а к концу войны армия США имела на вооружении свыше 19000 «траншейных ружей», две трети из которых составляли Winchester M1897.