— Не вздумай! Лекарство экспериментальное, поможет или нет точно не известно, но десяток лет жизни оно у тебя отнимет гарантировано.
Лернер резко отдернул руку со шприцом от лица и осторожно положил его обратно в пенал.
— А откуда он у тебя?
— Пошукай под аптечкой, там коньяк и шоколад есть, вот и хлебни для сугрева.
— Вот это дело! Коньяк это мы завсегда за.
— Ну чё он там? — резко перебил Владимира капитан.
— Веки дергаются и цвет не такой синюшный. Погодь, пульс проверю… ты смотри прям на глазах оживает.
— Это временно, сейчас сожгёт все ресурсы организма и если мы его к тому времени в больницу не доставим, то считай всё зря.
— Ясно. А всё-таки откуда у нас этот эликсир, Ильич?
— Откуда, откуда, от Айболита. Что ты как маленький. Меньше знаешь, крепче спишь. Кстати, прилетим готовься беседовать с особистом и писать расписку о неразглашении. Всё, Володь, не мешай, садиться пора.
Не особо раздумывая, Дьяконов посадил машину прямо на траву, поближе к двум строениям, выглядевшим с высоты посолиднее и поновее остальных, справедливо полагая, что если там и не сельсовет, то всё равно какие-то советские учреждения.
— Володь, глянь как нас встречают, — усмехнулся Дьяконов, разглядывая бородатого крепкого старика в тулупе нараспашку и с ружьём в руках.
— Сторож, наверное. Не пойму у него берданка[29] что ли в руках?
— Наверное. Лишь бы не выпалил с дуру.
— Ильич, заглушил бы ты мотор. И так ни черта не слышно, а если дед ещё и глуховат.
— Твоя правда.
Пилот выключил двигатель и дождавшись, когда бородач подойдёт поближе откинул дверь кабины.
— Здорова, отец!
— И тебе подобру, сынок. Откель ароплан такой чудной?
— Извини, отец, время нет на политесы. Сухая одежда нужна срочно и может у вас фельдшер есть какой.
— А за чем тебе?
— Летчика только, что из воды вытащили ну и спасатель мой тоже промок весь. Отходит лётчик то, каждая секунда на счету.
— Петька! Петька, бегом сюда, етить тебя коромыслом! — повернувшись к зданию, зычным басом прокричал старик, — чё ж ты сразу не сказал, командир. А наши мужики, кто свободные, все в море вышли на поиски. А я значит, Петрович, истопник, в школе стало быть.
— Капитан Константин Дьяконов.
Высунувшийся из дверей молодой парень, судя по всему, из охраны лагеря, вероятно тот самый Петька, секунду помедлил, но видя, как энергично машет руками старик, закинул винтовку за плечо и побежал к вертолёту.
— Марьяну зови! Марьяну! — перенаправил бег парня дед, одновременно скидывая с себя тулуп.
Одним тулупом дело в итоге не ограничилось. Увидев в каком плачевном состоянии находятся пассажиры вертолёта, Петрович не поленился сходить в школу и принести целый ворох махров. Постанывающего и даже пытающегося помогать лётчика переодели в сухое и укутали истёртым до дыр меховым пологом. Лернеру достались неопределенного цвета штаны размеров на пять больше и прожженный во многих местах зипун.
Лейтенант на секунду приложился к фляжке с коньяком и высунулся из вертолёта.
— Держи, Петрович, согрейся.
— Давай, сынок, — хотя дед успел накинуть на себя видавший виды пуховый платок, было видно, что без своего тулупа ему прохладно.
— Выручил ты нас, Петрович. А этот горький пьяница, мой наблюдатель, лейтенант Владимир Лернер. Собственно, он лётчика из моря и вытащил.
— Так я как узрел его, голого, мокрого, синего, сразу понял геройский парень, — закивал Петрович, прилагая нечеловеческие усилия, чтобы сохранить серьёзное выражение лица.
— А серьёзно, чудо я сегодня увидал. Наши то в море только вышли, а тут вы мне на голову прямо с неба. Я рыбак, всю жизнь у моря прожил, знаю каково это с головой в студёную водичку окунуться. Ты, капитан, передай там начальству своему, пускай больше таких винтокрыльных аропланов делают.
— Передам, Петрович. Так всё же, что там с фельдшером? Может пока к тебе в школу его занесём?
— Да вон она бежит с бабами, — показал дед рукой в другую сторону от вертолёта, — врачиха наша. Умная девка жуть, вон и носилки догадалась захватить. Вы же аккурат между школой и больницей сели.
Марьяна оказалась круглолицей улыбчивой женщиной лет тридцати пяти с некоторой долей властности во взгляде. Петрович оказался прав, врачиха была опытным, всё схватывающем на лету, профессионалом.
«У нас маленькая больница, но как справляться с последствиями переохлаждения, уж поверьте мне, товарищ капитан, мы знаем не понаслышке, — сходу отмела она предложение Дьяконова отвезти лётчика в госпиталь Мурманска, — вот стабилизируем и сможете забрать. Везите его тогда хоть в Мурманск, хоть в Ленинград.»
29
Винтовка Бердана (разг. бердáнка) — общее название двух различных систем однозарядных винтовок под унитарный патрон центрального воспламенения с металлической гильзой и дымным порохом, состоявших на вооружении в Российской империи в конце XIX века.