История с Гутьерресом на этом не закончилась. Через пятнадцать дней получен приказ под конвоем отправить его в изгнание. Сделав привал, разжигают очаг в одной хижине, чтобы приготовить ужин, и Гутьеррес услужливо помогает раздувать огонь. Тут офицер бьет его палкой, подоспевают остальные, и мозги несчастного летят во все стороны. Немедленно отправляют часки[277] к губернатору Моралю с извещением, что преступник при попытке к бегству... Офицер не знал грамоты, а среди походного провианта он вез из Ла-Риохи так и не распечатанный конверт с приказом спровадить несчастного за пределы провинции.
Вот основные события, сопровождающие подготовку Факундо к объединению страны, но то была всего лишь репетиция, еще не настало время для соединения сил всех пастушеских областей, чтобы в битве родилась новая форма Республики. Росас уже верховодит в провинции Буэнос-Айрес; у него еще нет ни имени, ни титулов, однако, он действует, подстрекает, мутит воду. Конституция, предложенная конгрессом, отвергается всеми поселениями, находящимися под влиянием каудильо. В Сантьяго-де-Эстеро появляется гонец, одетый согласно установленной форме, Ибарра принимает его в манжетах и в чирипа. Ривадавиа отказывается от президентского кресла по той причине, что воля народа на стороне оппозиции; «но вандалы сожрут вас», — добавляет он при прощании. Правильное решение! Ривадавиа выполнил свою миссию, введя у нас конституционализм Бенжамена Констана со всеми его пустыми разглагольствованиями, диатрибами и смехотворными нелепостями. Но ему было неведомо, что, когда под угрозу поставлены цивилизация и свобода народов, правительство обязано перед богом и грядущими поколениями взвалить на свои плечи тяжкий долг — действовать; ни милосердия, ни сострадания не вызывает тот, кто бросает на произвол судьбы нацию, обрекая ее на три десятилетия опустошений и подставляя под нож первого встречного, готового обезглавить ее, растерзать на куски! Народы, переживающие детский возраст, — это дети, которые не умеют предвидеть события, ничего не знают, и необходимо, чтобы взрослые, всё видящие и всё понимающие, те, кто наделен высокой способностью осознавать ход вещей и их смысл, выполняли роль их отцов. Вандализм на самом деле сожрал нас, и весьма печальна слава того, кто сумел предсказать это, но не приложил и малейших усилий для предотвращения случившегося.
Глава IX
СОЦИАЛЬНАЯ ВОЙНА
Il y a un quatrieme element qui arrive: ce sont les barbares, ce sont les hordes nouvelles, qui viennent se jeter dans la societe antique avec une complete fraicheur de moeurs, d'ame et d'esprit, qui n'ont rien fait, qui sont prets a tout recevoir avec toute l'aptitude de l'ignorance la plus docile et la plus naive.
Президент пал[279] под свист и издевательства соперников. В парламентской борьбе побеждает Доррего, находчивый вождь оппозиции Буэнос- Айреса, друг правителей глубинных районов, которому они оказывают покровительство и поддержку. За границей создается впечатление, что победам Республики пришел конец, и, хотя ее армия не терпит поражения в Бразилии, все ощущают потребность в заключении мира. Сопротивление вождей провинций ослабило армию — республиканские отряды разгромлены либо ослаблены из-за противодействия их пополнению. Кажется, что в провинциях установился покой, но это обманчивое впечатление; земля словно колеблется под ногами, странные слухи мутят безмятежную гладь. Со страниц газет сверкают зловещие сполохи, грозные намеки таятся в статьях, которые каждодневно публикуют оппозиция и власти.
Правительство Доррего чувствует, что начинает постепенно утрачивать опору — вокруг него пустота: партия города, называющая себя федералистской и поддерживающая его, уже не может с прежней уверенностью удерживать позиции после краха президентского правления. Правительство Доррего не решило ни одного вопроса из тех, что рассекли Республику на враждебные лагеря, напротив, оно продемонстрировало полную беспомощность федерализма.
277
Гонец, восходит к институту гонцов в государстве инков-кечуа в доколумбов период; сообщения передавались в виде эстафеты от одного поста к другому, в государстве инков — бегом, в Испанской Америке — на конях.
278
Возникает четвертая стихия: это варвары, новые орды, которые обрушиваются на древнее общество и приносят с собой свежие, ничем не затронутые обычаи, нравы и дух; они еще ничего не совершили, но готовы воспринять все с податливостью и простодушием невежества.
279
Имеется в виду отставка Б. Ривадавиа в 1827 г. после провала решений конгресса 1826 г.