В самый дорогой моему сердцу храм, «Блистающий памятниками», я призываю верховного жреца Амона и жрецов, посвященных в великие мистерии. Сцены подношений богам источают свет и безмятежность – и все благодаря искусству скульпторов и художников, способных воспринимать божественную энергию и воплощать ее в своих творениях.
Мои намерения, скорее всего, всех шокируют, но я желаю заручиться одобрением мужчин и женщин, ежедневно проводящих ритуалы, направленные на удержание тут, на земле, созидательных сил, ибо эти жрецы и жрицы – опора власти фараона.
– Кто-нибудь помнит знаменательное событие, случившееся со мной в детстве?
Старейшина жрецов Амона берет слово:
– Вы с ранних лет были очень прилежны в учебе, и отец часто водил вас, маленького мальчика, в храм, дабы вы присутствовали на ритуалах и участвовали в процессиях. И вот однажды – я все помню так, будто это было вчера! – статуя бога Амона остановилась перед вами и поклонилась, тем самым назначив вас новым фараоном, которому бог раскроет свои тайны. Потом…
– А потом царица Хатшепсут сочла меня неспособным к управлению и сама заняла Трон Живых. Сегодня я желаю стереть ее правление, дабы мое начиналось сразу после правления второго из Тутмосов.
Это заявление изумляет совет мудрейших, но возражения я не слышу.
– Что именно вы намерены предпринять? – спрашивает Менх Младший.
– Построю новое святилище для ладьи Амона[110], что плавает по небу и по земле. На его стенах будут начертаны тексты «Анналов», изображены ритуалы, сопутствующие коронации и закладке храма.
– Ваше величество произнесло слово «стереть»…
– Я почитаю царицу Хатшепсут, и бессмертие ее души должно быть обеспечено. Поэтому основные сцены, изображающие ее воскресение перед божествами в облике Хатор, так ею почитаемой, будут сохранены. Однако ряд других изображений этой государыни надлежит уничтожить, и из перечня царей она тоже исчезнет. Никакой враждебности я к ней не испытываю, но считаю необходимым утвердить линию Тутмосов, к которой она не принадлежит.
– Прикажете разрушить и ее заупокойный храм в Дейр-Эль-Бахри?
– Я построю новый, подобный ему, выше храма царицы[111]. Все ритуалы, празднуемые до сих пор в ее храме, отныне будут проходить в моем.
– А ее… могила? – с тревогой спрашивает Менх Младший.
– Только варвар, поправший законы Маат, способен осквернить вечное жилище. Хатшепсут и впредь будет почивать с миром. Лишь она, и никто больше.
Могила Хатшепсут находится в долине к западу от Долины Царей, она вырублена в скалах в труднодоступном месте. Она имеет дугообразную форму[112] и заканчивается погребальной камерой, в которой покоятся два саркофага – царицы и ее отца, первого из Тутмосов.
Каменотесы вскрывают вход. С факелами в руках они идут впереди меня по длинному извилистому коридору.
Это путешествие в загробный мир, через самое сердце горы, приводит меня в волнение. Шаг за шагом усиливается впечатление, будто я прохожу сквозь мрак, дабы землю озарил новый свет.
Какое-то время я предаюсь размышлениям перед саркофагом Хатшепсут, называемым также «Обладателем жизни». В окружении сокровищ, сопровождающих ее на прекрасных дорогах вечности, она достигла сферы нетленных звезд.
Потом приказываю мастерам вскрыть гроб моего деда и извлечь из него мумию – «благородное тело» – основателя нашей династии. Первый из Тутмосов упокоится в своей собственной могиле, под защитой Тота, бога знаний. Таким образом я восстанавливаю связь с предками и истинную преемственность династии. Теперь мое правление начинается в год первый, когда Амон означил меня фараоном.
119
Идет сорок пятый год моего правления, и праздник нового года я отмечу на острове Элефантина, на самом юге страны, вблизи первого нильского порога. Здесь царит бог Хнум, изображаемый с головой барана, создающий множество форм жизни на своем гончарном диске, а когда он поднимает сандалию, питающие воды Нила высвобождаются, чтобы разлиться и оплодотворить землю.
Минмес получил распоряжение расширить и украсить очень древний храм Хнума, дабы это божество и впредь регулировало разлив, необходимый для нашего процветания.
Новости из Сирии и Палестины приходят отличные. На этот раз в регионе установлен длительный мир. Администрация, состоящая из египетских писцов и местных владык, функционирует удовлетворительно, и население этим довольно. Что касается Митанни, в изоляции это государство клонится к упадку и более не имеет возможности подстрекать соседей к бунту.
Тьянуни тем не менее бдительности не утратил, и его тайная служба исправно работает, равно как и моя личная гвардия под предводительством Маху, который, тревожась о моей безопасности, еще ее усилил.
110
Это монументальное сооружение сохранилось, несмотря на архитектурную перестройку в эпоху Птолемеев. Там можно видеть фрески, изображающие очищение и коронацию фараона Гором и Тотом.