Различные шоу-перевороты, многочисленные апельсиновые, тюльпановые, банановые и пр. революции нужны еще и для того, что отвлечь народ, чтобы он не понял того, что понял Федор Достоевский еще в позапрошлом веке, во время поездки по Западной Европе: «Что такое liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать все что угодно в пределах закона. Когда можно делать все что угодно? Когда имеешь миллион. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все что угодно, а тот, с которым делают все что угодно. Что ж из этого следует? А следует то, что кроме свободы, есть еще равенство, и именно равенство перед законом. Про это равенство перед законом можно только сказать, что в том виде, в каком оно теперь прилагается, каждый француз может и должен принять его за личную для себя обиду»{149}.
И не являются ли подтверждением правоты писателя публично произнесенные слова известного современного российского бизнесмена: «У кого нет миллиарда, тот может идти в ж…»? Отличие его многих собратьев из «цивилизованного мира» — только в том, что он говорит, что думает, а те — думают, что говорят.
Да, в современной Европе уже не так легко делать все что угодно с тем, у кого нет миллиона или миллиарда, как это было во времена Достоевского. Но к сегодняшнему положению США и Европа пришли потому, что весь XX век, начиная с Октябрьской революции в России и благодаря ей, ограничивали аппетиты богатых в пользу бедных, ограничивали такую частную инициативу, которая может пойти во вред обществу. И потому сегодня бедный во Франции — это совсем не то, что бедный в Бразилии. Даже выглядит не так.
Нам же западные советники почему-то предлагают не идти этим путем, а использовать «экспортный вариант»: неограниченную свободу (имеющего миллион делать что угодно с тем, кто миллиона не имеет).
Дополнение в скобочках, как в жульническом банковском договоре, написано очень мелко, потому сегодня народ с энтузиазмом «выбирает свободу».
Чем чудовищнее ложь, тем мягче за нее осудят
Но зато говорить можно все, что угодно. Уголовным преследованием ложь не победить. Наглядное свидетельство — украинский судебный процесс 2006 года.
Печерский районный суд Киева признал несостоятельными утверждения члена фракции Юлии Тимошенко депутата Верховной Рады Олега Ляшко о подкупе спикера Верховной Рады Александра Мороза. Такое решение суд принял по иску украинского вице-премьера Андрея Клюева.
Суд выяснил, что Ляшко распространял в Верховной Раде информацию о том, что Мороз получил 300 млн. дол. за вхождение социалистов в антикризисную коалицию с Партией регионов и коммунистами.
Суд признал утверждения Ляшко «недостоверными… обязал Ляшко извиниться перед вице-премьером». Кроме того, с Ляшко взыскали в пользу Клюева 47 гривен (около 9 долларов по тогдашнему курсу) для возмещения судебных издержек{150}.
Обратим внимание на некоторые особенности.
1) Украинские депутаты так привыкли разбрасываться (на словах) астрономическими суммами, что напоминают детей в песочнице: «А мой папа принесет мне миллион миллиардов конфет… А кучмисты воровали триллионами, сотни миллионов в чемоданах заносились в администрацию президента…» Расчет при этом изначально на то, что «маленькие украинцы» не станут даже приблизительно сопоставлять, каких же размеров должен быть чемодан, куда помещается сто миллионов, — в какой угодно валюте.
Но расчет этот не оправдывается, а тенденция намечается совсем другая. Скоро люди совсем перестанут верить в эти словесные «миллионы миллиардов». А ведь реально проблема взяток, в том числе и в особо крупных размерах, как была, так никуда и не девалась. Она только дискредитируется такими вот «борцами» с коррупцией вроде Ляшко или пресловутого министра Луценко, который, реально не привлекши ни одного высокопоставленного коррупционера, успел отчитаться за весь крещеный мир.
2) Второй момент прямо следует из первого. Чем чаще говоруны, вроде известного пастушка из притчи, будут кричать «держи волка!», тем меньше им станут верить. Это, конечно, хорошо, что оранжевые все чаще предстают перед обществом в качестве лгунов, но плохо, что назойливые повторения выдумок создают в обществе атмосферу будничности, общество как бы привыкает к тому, что взятки брали, берут и будут брать все и повсюду, и ничего тут не изменишь. Не для того ли проводится подобная пропаганда, чтобы удобнее брать самим? Ведь разговоры о том, сколько стоило место в списке самой Юлии Владимировны, повторяются не только ее врагами, но и теми людьми, которые в этих списках прошли в Советы разного уровня.
149