— Тяжелых добить. Легких тащите на беседу, — начал отдавать распоряжения Иван, как только из-за кустов появился Григорий.
— Троих ссадил, — довольно сообщил парень. — Где-то с дюжину ушли. И остальных лошадок с собой заводными увели. Там только четыре осталось.
— Та-ак. И сколько же их было? На лугу лежит где-то с десяток. Здесь… Дюжина. Троих ты там прибрал. Да с дюжину ушло. Хм. Около четырех десятков выходит. И все при хорошем оружии. Григорий, займись-ка пленными.
— Сделаю, — недовольно дернув уголком губы, тут же ответил парень.
Это хорошо, что ему не нравится пытать людей. Иметь подле себя больного на голову маньяка не хотелось. А так, когда человек четко сознает, что делает пусть и грязную, но нужную работу. Н-да. Вот Иван к примеру к пыткам как-то не очень. То есть, вообще. Экспресс допрос в полевых условиях, точно не для него. Нет, если жизнь заставит, не так раскорячишься. Но отчего бы не остаться в стороне, когда есть такая возможность.
Впрочем, с пленными вышла незадача. Добить пришлось троих тяжелых. С более или менее легкими ранениями ушли, остальные были холодными. Кстати, тот которому Иван врезал по голове как по мячу, так же оказался мертвым. Не показался Карпову хруст. Все же сломал ему шею. Зато тот, что получил ногой в грудь, пришел в себя, и был вполне пригоден для вдумчивой беседы.
Ага. А вот и из острога ребятки поспели. Вот только к шапочному разбору. Лучше бы прокатились вниз по Пенной, может и успели бы перехватить беглецов. Хотя-а. Знать о том Артем не мог. Да и не успели бы они. Речку ведь не нужно переплывать.
— Емеля, Борис, вы чего рванули в рукопашную? Богатыри былинные?
— А как иначе-то, Иван Архипович, — пожал плечами Борис. — Они же вон как близко были. Перестрелку не приняли бы, пошли бы в рукопашную. Вот мы и связали их боем, чтобы ты, значит, нам из пистолей помогал. Мы с Гришкой такому учились.
— И чему еще учились?
— Да много чему, — пожал плечами Емеля.
Угу. Но он-то о том ни сном ни духом. Не иначе как Рыбину стало скучно, вот он и подтянул телохранителей. А что, им дополнительная подготовка совсем не помешает. Да и сами мужики калачи тертые, многое умеют, и новым не брезгуют. И скорее всего чему-то толковому сумели научить и Григория. Уж больно ловко у них получалось. У этой парочки незазорно поучиться и Фролу Емельяновичу.
При мыслях о казаке, стало чуть тоскливо. Надежный как скала, Копытов сейчас командовал Измайловской сотней, которая квартировала в Керчи. Вот так. Пошел за Иваном, приняв его авторитет, несмотря на младость лет. А как результат, застрял в стрельцах в одиночестве. Ну да, чего теперь-то. Жизнь еще и не такие коленца выделывает.
Пока суд да дело, нашел свою мурмолку. В смысле, установил ее судьбу. Безрадостную. Сгорела она к ляду. Тут же вспомнил о волосах. Ага. Брить голову налысо, однозначно. Не то, выходит чуть ли не забритый лоб как у какого каторжника или рекрута. Хотя, каторжан тут пока не бреют, а рекрутами так и вовсе не пахнет. И появятся ли, непонятно. Петра-то нет.
Хотя-а… Николай тот еще затейник. Вон, слухи дошли, опять отправился воевать турок. Никак не замирится. Впрочем, войны тут неспешные, и десять лет могут бодаться. К тому же, это турки никак не желают смириться со сложившимся положением дел. Ну и руки у них оказались развязанными. Ну да. Заклятые союзники заключили с султаном мир, оставив русских одних против весьма серьезного врага.
— Как у вас тут? — Поинтересовался Иван у подошедшего Артема.
— Нормально. Пытались поджечь, но загореться нигде не успело. Кабы в деревеньку пускали стрелы, то да, беда могла прийти. А так, обошлось.
— Раненые, убитые?
— Все слава Богу. Крестьяне сразу же подались в лес. Думаю, до рассвета носу оттуда не высунут.
— Вот и ладушки.
— Литовские шляхтичи, — подойдя к Ивану, доложился о результатах допроса Григорий.
— Точно. Вот что мне показалось странным в их криках. Погоди. Но я вроде бы слышал польскую брань. Хм. И кажется белорусскую. Хотя-а…Да, было что-то…
— Да чему удивляться, Иван Архипович. Там же полная солянка. Кабы южнее, то да, там все больше русины[6]. А севернее, из-за войн со шведами, шляхта изрядно перемешалась.
Ага. Ну молодец Гришка, что тут скажешь. Не просто так проживает в Замятлино, а интенсивно так собирает информацию об окружающей местности. Служба в Керчи, и соседство с татарами приучило к подобному подходу. И это хорошо.
— Откуда они?
— Из окрестностей Балви. Землевладельцы со своими холопами.
— И какого они тут позабыли?
— Ну так, за серебром подались. Слух у них там кто-то пустил, что поблизости от Острова, один московит прикупил деревеньку Замятлино, и острог поставил. Да не просто так, а по причине полной мошны, туго набитой серебром и златом. Обычное в этих местах дело.
— Обычное говоришь, — зло процедил Иван.
Нет, так дело не пойдет. Эдак ему жизни не дадут. Прогонит этих, заявятся другие. И уж тем более в свете того, что он тут собирался развернуть самый настоящий строительный бум. А это все требует серьезных вложений. Не сидеть же все время в осаде. Получается, нужно врезать так, чтобы только пух и перья.
— Артем, как считаешь, что будут делать побитые шляхтичи? — Поинтересовался Иван у бывшего полусотенного, и в настоящий момент своего заместителя.
— Уползут зализывать раны, что же еще. Причем не на Псковских землях. По ним сразу будет видно, что они из боя вынулись. И то что шляхтичи, тоже понять несложно. На такое число воев, разбойнички не позарятся. Значит сами куда сунулись, и получили по сопатке.
— Вот и я так думаю. Выходит до парома в Острове они не пойдут. Станут переправляться через Великую где-то верстах в четырех от нас. Причем вплавь.
— Могут и обойти Остров, — усомнился Григорий.
— Долго. По сути вещей, мы уже должны отправить островскому посаднику весть о шляхетском отряде. А тат соберет ополчение и устроит погоню. Не-эт. Они будут уходить. Причем со всей поспешностью. Так братцы, слушай мою команду. Артем, седлаете каноэ и рвете вниз по реке. Гришка, Емеля, Борис, Игорь и я к катамарану. Он конечно груженый, но вниз по течению, да с дополнительными двумя парами весел ходко пойдем.
— Может мы верхами, берегом пойдем, — предложил Артем.
— Нет. На берегу они могут устроить засаду, на случай погони. Здесь мы их взяли потому что не подгадывая сумели ударить одновременно, и ошеломить. Если они устроят засаду, все будет иначе.
— С пленным что делать? — Поинтересовался Григорий.
— Заколи, и вся недолга, — пожав плечами, ответил Иван. — Чего глядите? Кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет. Слыхали такие слова? Кстати, как раз в этих местах их и произнес князь Александр Невский. Понятно.
Иван выдернул из кобуры револьвер, и выстрелил в пленника. Осечки не случилось. Привязанный к дереву шляхтич тут же сник, испустив дух. Вот так. В конце-концов, они пришли сюда не воровать, а грабить, и как следствие, убивать.
Иван налегал на педали настолько сильно, насколько это вообще было возможно. Парни на веслах так же выкладывались изо всех, а потому катамаран буквально летел по реке. Не сказать, что так же, как и с мотором, но носы каноэ исправно задирались вверх, причем особо, при очередных гребках. Вот так и не скажешь, что лодка перегружена.
Кстати, легкое каноэ с шестью гребцами с большим трудом сокращает разрыв с катамараном. Артем не оставил в остроге никого. Всех погнал в погоню. Когда отправлялся на помощь к дерущимся в лесу, в остроге оставлял двоих. Теперь же. Пар-разит. Иван с ним еще разберется. Ну как можно оставлять дом без присмотра. Там ведь кроме имущества, есть еще и казна. Вояка! Йолки!
Вот они! Великая заложила крутой поворот, и перед взором догоняющих предстали беглецы. А кому еще вздумается переправляться вплавь, в холодной воде весенней реки? Получается, беглецы отдалились от Замятлино не больше чем на три версты. И до берега им остается всего-то шагов семьдесят. До них же, не больше двухсот.