орудий разного калибра — 30;
пулеметов — 36;
танков — 28;
бронемашин — 7;
автомашин — 39;
тракторов — 6;
лошадей — 55.
Убито и ранено до 1000 солдат и офицеров пр-ка.
Корпусом захвачено:
орудий 105-мм — 10;
пулеметов — 10;
тягачей — 10;
легковых автомашин — 2;
75-мм орудий — 9;
шестиствольных минометов — 6.
Взято в плен 40 чел. солдат и офицеров пр-ка.
Группировка артиллерии корпуса согласно боевому распоряжению № 005 от 14.01.45.
Потери артиллерии корпуса:
убиты, офицерского состава — 4 чел.,
рядового и серж, состава — 4 чел.,
ранено, офицер, сост. — 5 чел.,
рядового и серж. сост. — 29 чел.
Вышли из строя:
76-мм пушка ЗиС-З — 1;
76-мм ПА — 2;
45-мм — 13;
120-мм минометов — 1.
Дороги в р-не боевых действий в удовлетворительном состоянии.
Видимость в течение дня 300–400 метров».
Документ я процитировал полностью. Его текст и тон, ко всему прочему, свидетельствуют о высокой штабной культуре, о той подготовке, которая проводилась накануне наступления. К примеру, были пронумерованы все стыки дорог, опушки лесов, перелески, приметные места. Это значительно облегчало ориентирование командиров частей и подразделений на незнакомой местности. Читатель также должен понимать, что «преодолевая упорное сопротивление пр-ка» — это не просто фигура речи, хотя эта фраза в документах встречается довольно часто, а буквальное отражение действительности. Каждый метр отбитой у врага польской земли оплачивался кровью убитых и раненых солдат и офицеров Красной армии, в том числе 2-й ударной. В боях за освобождение Польши погибло 600 212 советских солдат и офицеров. Не забывать! Держаться! Как заклинал своих комдивов генерал Федюнинский. Держаться! Не забывать! 600 212 человек!
И еще несколько слов о документах. В списке трофеев уже нет стрелкового оружия — автоматов и винтовок. Нет телефонных аппаратов, раций, фур и артиллерийских передков. Их, конечно, захватывали, и много, но на бумагу ложилась только крупная добыча. Притом необходимо заметить: артиллеристы, видимо из уважения к своему роду войск, в списках трофеев всегда первыми ставили артиллерийские орудия, в то время как обычно перечень открывали танки и самоходки.
Большое количество вышедших из строя 45-мм орудий объясняется, по всей вероятности, тем, что это, скорее всего, противотанковые пушки, и погибли они от огня и гусениц танков 7-й панцерной дивизии.
Заседание Военного совета было недолгим. «В сложившейся обстановке, — рассказывал после войны Федюнинский, — я решил ввести в бой 8-й танковый корпус, не ожидая прорыва обороны противника на всю тактическую глубину. Корпус мы ввели двумя колоннами под прикрытием огня специально созданной сильной артиллерийской группы».
Железный клин 8-го гвардейского танкового корпуса решил судьбу наступления армии — танки и артиллерия сопровождения проломили немецкую оборону и вышли на оперативный простор. Это произошло 16 января 1945 года.
Генерал А. Ф. Попов[76], со своим командным пунктом продвигаясь вперед вместе с корпусом, к исходу дня сообщил по рации: «Сопротивление противника сломлено. Прошел семнадцать километров. Передовой отряд — двадцать. Останавливаюсь для дозаправки и пополнения боеукладок». Федюнинский в ответ радировал: «Молодец, Алексей Федорович! Передай личному составу благодарность командующего! Отличившихся — к наградам!»
В тот же день на направлении вспомогательного удара 116-й корпус генерала Фетисова совместно с частями соседней 65-й армии генерала Батова охватил пултусскую группировку противника и несколькими сосредоточенными ударами придушил ее в кольце. Был освобожден польский город Пултуск. Впереди был Цеханув с его мощным гарнизоном и довольно многочисленной группировкой, оборонявшей линию фронта на север и на юг от города-крепости.
К счастью для наступающей стороны, наступила хорошая погода. Авиация поддержки обрушилась на противника всеми своими силами и средствами. Бомбардировщики и штурмовики небольшими группами бомбили переправы и скопления войск и бронетехники противника. Прихватывали на дорогах и разделывали до основания целые полковые и батальонные колонны. Сковывали транспортные потоки на узлах дорог и на железнодорожных станциях, не позволяя противнику разгружать прибывшую к передовой бронетехнику. Позже, при подведении итогов Млавско-Эльбингской операции, вклад «сталинских соколов» был отмечен особо: интенсивные бомбардировки авиации 2-го Белорусского фронта сковали действия противника на главных направлениях, нанесли большой урон в живой силе и вооружении и не позволили соединениям группы армий «Север» сделать необходимую перегруппировку и выстроить оборону.
76