Внезапно кто–то больно ухватил меня за нос, а из пустоты раздался хриплый голос: «Попалась!» Из глаз сразу брызнули слезы. Что происходит? Драко озирался по сторонам, но никого рядом уже не было. Только нос покраснел и распух в доказательство, что нам не померещилось. Что происходит вообще? Почему нас не предупреждали, что так может случиться? Кто это был? Надо срочно поставить в известность декана! Сейчас загадочный невидимка ухватил за нос (что тоже не очень–то приятно, но ладно), а потом что? Столкнет кого–то с лестницы?
— Как думаешь, декан на завтраке или у себя?
— Думаю на завтраке. Хочешь нажаловаться? А что она может?
— Как это — что может? Она взрослая волшебница. Кстати, расскажу еще и о том, как нас Пивз костылями встретил. Это же недопустимо. Что значит: «Он слушается только Кровавого Барона»? Перси Уизли сам не маг, что ли? Или маги не могут защитить себя сами? А кто может? Надо его вызвать, чтобы разобрался со взбесившейся эктоплазмой! Это неправильно, то, что происходит! Значит, бороться с этим в том числе и наш долг, раз уж не смогли откосить от Гриффиндора.
Драко невесело хмыкнул. Наверное, он уже сто раз успел пожалеть о свободе выбора, предоставленной гадскому Распределительному Колпаку. Мы были не правы, решив плыть по течению. Человек сам выбирает свой путь. Но я‑то полагала, что артефакт определяет предрасположенность к типу магии, как в книжках. Там, темная–светлая, или огонь–вода–земля–воздух, или артефакторика–целительство–малефицизм. А оказался какой–то бред с раскрытием черт характера. Я с некоторыми индивидуумами на одном факультете только человеконенавистнические качества могу развить, вот честное слово!
Надо полагать, что в этой, с позволения сказать, школе я не для того, чтобы познать азы магии, а чтобы получить навык сопротивления общественному давлению.
Прессинг был суровый. А вот уроки — почти бесполезные.
Я тут вчера заглянула через плечо в экзаменационные билеты. И сразу классика вспомнила:
На какой пьяной вечеринке недобитой буржуазии, скажите, пожалуйста, мне может вдруг понадобиться пляшущий ананас?!
А резная шкатулка из крысы? Пуговица из жуков? Так и вижу:
— Дорогой, что за вид? Почему у тебя ширинка расстегнута?
— Ой! Пуговичка убежала!
Нет, пользу, разумеется, можно найти везде и во всем. Но тратить много времени и сил на домашние задания я не собираюсь. Достаточно уверенно держать проходной балл (Удовлетворительно).
Любезная наша Минерва МакГонагалл я–ваш–декан-но–на–ваши–проблемы–мне–пофиг уже деликатно вкушала вареное яичко чайной ложечкой. Рядом сидела местная медсестра. Пошла портить людям пищеварение. Или надо подождать, пока она выпьет свой кофе и придет в благодушное настроение? Нет, некогда. Скоро уроки начинаются, надо успеть позавтракать. Режим очень важен.
— Профессор МакГонагалл, доброе утро. Приятного аппетита, мэм! Профессора! Мэм, только что в коридоре на меня напали. Кто–то невидимый дернул за нос, крикнул: «Попалась», и улетучился.
— О, моя дорогая, это просто Пивз шалит, не о чем переживать, еще не раз столкнетесь, — вмешалась медсестра, пока декан откладывала ложечку и промокала губы.
— Но как же так? А если он проделает подобное на движущейся лестнице?
— Подобного еще никогда не было, мисс Грейнджер. Я учту ваше сообщение, ступайте завтракать.
— Мэм? Никогда не было? То есть вы мне прямо признаетесь, что планируете дождаться, когда случится?!
— Ступайте, мисс Грейнджер, не заставляйте меня снимать баллы с вашего факультета, — голос, и так не отличавшийся радушием, был сух и так холоден, что хотелось поежиться.
— Это и ВАШ факультет, мэм! И я полагала, что гриффиндорец — это человек, который добивается справедливости, а если он еще и сотрудник школы, то значит и беспокоится о безопасности подопечных.
— Минус балл Гриффиндору за вашу неуместную горячность. Ступайте.
— Да, мэм.
Когда возвращалась к столу, меня перехватил Персиваль Уизли:
— Гермиона Грейнджер! Как это понимать?! Из–за тебя факультет лишился балла!
Вот же труба иерихонская! На нас стали оборачиваться и те, кто не заинтересовался, с чем там пришла к своему декану гриффиндорка–первокурсница. И что делать? Запомниться всем, как неудачница–ябеда? Нет уж! Лучше подложить свинью воспитательной системе свинокрылатых: