Сражение продолжалось до темноты. Ни эллины, ни персы не смогли добиться безусловной победы. Флоты вернулись каждый на свою стоянку.
Персы потеряли около шестидесяти кораблей.
Эллины недосчитались тридцати триер, и ещё восемьдесят были повреждены. У них в этот день особенно отличились афиняне, в том числе Клиний, сын Алкивиада.
Ночь прошла в подготовке к новому сражению.
Фемистокл и Ксантипп настаивали на нападении с первыми лучами солнца на стоянку киликийских кораблей. Еврибиад, видевший киликийцев в битве, был с этим согласен.
Однако на рассвете к Артемисию подошла пентеконтера с печальным известием из Фермопил.
Афинянин Аброник рассказал о том, что благодаря измене персы обошли войско Леонида с тыла. Царь приказал эллинским отрядам отступать, а сам остался в Фермопильском проходе, чтобы задержать варваров, насколько будет возможно.
- С Леонидом остались кроме спартанцев семьсот феспийцев и четыреста фиванцев, - промолвил Аброник и замолк, опустив глаза.
- Неужели никто не спасся? - взволнованно спросил Еврибиад.
- Не знаю, - ответил Аброник, не поднимая глаз. - Когда мой корабль уходил от Фермопил, то все феспийцы к тому времени уже пали в битве. А спартанцы и фиванцы сражались с варварами в полном окружении.
Это известие повергло военачальников в смятение. Зазвучали голоса, мол, теперь эллинскому флоту нет смысла стоять у Артемисия, поскольку персы захватили Фермопилы.
- Нужно уходить к Истму, - сказал Адимант, переглянувшись с Поликритом.
- Причём немедленно!- кивнул Поликрит. - Если персы навяжут нам ещё одно сражение, неизвестно, чем оно может для нас закончиться.
- Да, - закивал кудрявой головой военачальник мегарцев Эоситей, - нужно уходить. У нас слишком много повреждённых кораблей.
Ксантипп и Клиний стали возражать, говоря, что у персов потери ещё больше.
- Если действовать решительно и быстро, то мы вполне сможем победить! - настаивал Клиний.
Ему, подоспевшему к Артемисию позже других, не терпелось ринуться в битву.
Еврибиад, который ещё час назад был заодно с Ксантиппом, вдруг утратил всякую решимость. Ни Ксантипп, ни Фемистокл так и не смогли убедить его напасть на стоянку киликийцев. По флоту был объявлен приказ: готовиться к отступлению в Саронический залив.
Военачальники эвбейцев пришли в шатёр к Еврибиаду и стали уговаривать его не уводить флот от Артемисия столь поспешно. Эвбейцы просили дать им время увезти свои семьи в безопасное место. Но Еврибиад был непреклонен.
Тогда эвбейцы поспешили к Фемистоклу, уповая на его изворотливость и ораторский дар.
Фемистокл принял эвбейских военачальников с доброжелательностью и пониманием. Он тут же стал собираться, чтобы идти в шатёр к Еврибиаду. Высказав Фемистоклу слова благодарности, эвбеяне гурьбой покинули его шатёр. Лишь Клеад, военачальник халкидян, остался.
Он вынул из-под полы плаща небольшой ларец и с таинственным видом поставил его на землю.
- Что это?- спросил Фемистокл.
- Деньги, - негромко ответил Клеад, - тридцать талантов в серебряной монете. Мы хотели вручить это Еврибиаду, но не решились.
- Почему?
- Еврибиад набросился на нас с руганью, - пробормотал Клеад. - Мы оробели. Я подумал: стоит нам заикнуться о деньгах, и Еврибиад, чего доброго, отколотит нас палкой. Ведь все лакедемоняне бессребреники.
- Ошибаешься, друг мой, - усмехнулся Фемистокл. - Мамона[119] владеет душами многих лакедемонян. И Еврибиад, я думаю, не исключение. От столь крупной взятки он вряд ли откажется.
Когда Клеад ушёл, Фемистокл позвал Сикинна, который повсюду был с ним, и велел отсчитать от принесённых денег пять талантов.
- Я иду к Еврибиаду, - промолвил Фемистокл, - а ты придёшь туда же чуть позже и принесёшь с собой пять талантов.
- Стража не пропустит меня, - заметил Сикинн.
- Не беспокойся. - Фемистокл похлопал слугу по плечу. - Я встречу тебя.
Еврибиад поначалу был очень холоден с гостем, сразу дав ему понять, что менять своё решение он не намерен. Фемистокл сделал вид, что желает поговорить по поводу тех афинских триер, которые из-за сильных повреждений не смогут сегодня выйти в море.
- И у мегарцев есть триеры в крайне плачевном состоянии, - сказал Фемистокл как бы между прочим. - Есть такие корабли и у эгинцев, и у сикионян…
[119]