Роль воина, судьи, священослужителя, правителя — со всем этим он должен был расстаться, растворившись внутри пирамиды стабильного государства. Ибо у земледельцев все эти роли были распределены между разными исполнителями. И если он поселится среди них, ему достанется только роль труженика на самой нижней ступени пирамиды. Мог ли гордый воин смириться с подобной перспективой?
Естественно, не мог. Зато кочевник мог предложить земледельцам то, чего у него было в избытке: воинскую доблесть. Наём кочевников на военную службу в земледельческом государстве упоминается в истории почти всех крупных стран.
В Древних Афинах полицейскую службу в городе несли 1200 скифских стрелков, которые формально числились рабами государства.
Римские императоры вербовали дворцовую стражу из германцев.
Корпус вестготов сделался главной ударной силой в войске императора Феодосия Великого (конец 4 века по Р.Х.), а впоследствии принял участие в разгроме гуннов в Каталунской битве (451 год).
Французские короли и феодалы начали нанимать на военную службу дружины норманов (9-10 века по Р.Х.).
То же самое — города и княжества Древней Руси, нанимавшие варягов.
Отряды татаро-монголов принимали активное участие в войнах московских царей в 15–16 веках, отличившихся командиров цари награждали знатными титулами.
Возможно, эта практика служила клапаном, выпускавшим воинственный пыл кочевников, давала применение их неуёмной агрессивности. Однако клапана было явно недостаточно. Набеги отдельных племён происходили регулярно каждый год, Исторические анналы Римской империи и Византии переполнены горестными хрониками этих нападений.
1-й век до Р.Х. — кимвры и тевтоны пересекают Альпы, угрожают Риму, в Африке свирепствуют нумидийцы.
2-й век по Р.Х. — нужно отбиваться от задунайских племён — даков, аланов, сарматов.
3-й век — от готов, германцев, маркоманов.
4-й век — от франков, аламанов, вандалов.
5-й век — лонгобарды, гунны, свевы.
6-й век — булгары, славяне, авары.
И всегда можно было ожидать очередного военного цунами — опустошительного и неостановимого: арабы, норманы, турки-сельджуки, турки-османы и наконец — татаро-монголы.
Вглядимся в некоторые детали последней волны.
В начале 13-го века до Европы стали доходить слухи о новых племенах, движущихся с востока. К ним прилипло название «Всадники из преисподней». Говорили, что они побеждают во всех битвах, берут осадой и штурмом любые крепости. Что они уже покорили Северный Китай, захватывают города арабского Халифата, вторглись в Персию, разбили мощную армию грузин. Что пощады нет никому, а особенно — знатным и богатым.
Лишь в 19–20 веках, собирая по крупицам сведения о военной машине монголов, смогли историки приблизиться к разгадке их непобедимости.
Во-первых, вооружение. В отличие от европейских луков, делавшихся целиком из дерева, монголы научились делать свои, склеивая деревянную основу с козлиным рогом и покрвая их водоупорным лаком. Сила натяжения такого лука была 80 кг. (у европейских — 40), дальнобойность — 350 метров (у европейских — 250).[96]У китайцев монголы научились изготавливать наконечники стрел из закалённой стали, которые могли пробить рыцарскую кольчугу. Только 150 лет спустя англичане научились изготавливать луки такой же силы (long bow), и это дало им перевес в Столетней войне с французами.[97]
Манёвренность. Монгольская армия не имела пехоты — только конница. Она могла покрывать за день огромные расстояния, появляться там, где её не ждали и так же внезапно исчезать. До тех пор пока у коней была трава под копытами, движение монголов оказывалось неостановимым. Всадники были крайне неприхотливы в еде, каждый имел мешочек с сухим молоком: достаточно было смешать его с ковшом воды, и получалась питательная смесь на целый день. Если ему попадался кусок мяса, он не терял времени на разведение огня, а просто подкладывал его под седло и после дня скачки получал вполне съедобную отбивную.[98]
Техника. Долгое время крепостная стена была самым надёжным оружием земледельцев. Вождь вестготов Фритигерн, разбив римлян под Адрианополем в 378 году, попытался захватить и город, но понёс такие потери, что объявил: «Нет, с каменными стенами я больше не воюю».[99] Однако монголы за долгие годы конфликтов с китайцами переняли их технику осадных работ, мобилизовали китайских инженеров изготавливать для них катапульты и тараны. Окружив очередной город, они начинали бомбардировать его валунами, брёвнами, горшками с зажигательной смесью. Потом сосредотачивали огонь на воротах, за несколько дней разбивали их и устремлялись на штурм.
99
Wolfram, Herwig.