– Но я плачу тебе, чтобы ты заботилась о Мали, а не оставляла ее с чужими! – кричит Джейн. На экране видно, как она тяжело дышит. Потом Джейн берет себя в руки и твердым голосом спрашивает: – Сколько раз, Ата?
– Я не понимаю, – отвечает Ата, хотя это не так.
– Сколько раз? Сколько раз ты оставляла Мали с этой женщиной?
– Джейн, я не считала. И это никогда не бывало надолго. Я…
– Больше пяти раз? Больше двадцати? Сколько раз ты покидала Мали ради своего бизнеса?
В голосе Джейн звучит дикая злость, которую она едва сдерживает. Ата ее распознает и решает повиниться, прежде чем отношения будут испорчены безвозвратно.
– Ты права. Я прошу прощения.
Джейн не отвечает. Слышно только ее прерывистое дыхание, как будто что-то рвется и рвется опять.
– В эти выходные я отвозила Мали в музыкальный класс, как ты просила, – говорит наконец Ата.
Она думает, это пустая трата денег. Амалия целый час сосала игрушечный бубен, а учительница, женщина с кольцом в носу и небритыми ногами, играла на гитаре детские песенки. Но Ата признает, что волосатая женщина нашла золотую жилу. Она взяла по двадцать пять долларов с носа, а в классе было по меньшей мере десять детей.
– Ей понравилось? – спрашивает Джейн после долгой паузы.
– Она пританцовывала под «Колеса автобуса»[81]. Я пришлю видео.
Снова молчание. Ата пробует другой подход.
– На следующей неделе я иду к врачу. Надо поменять лекарства. Думаю, причина головных болей в них. Ты разрешишь Энджел помочь мне с Мали?
– Хорошо, ведь я знаю Энджел, – холодно отвечает Джейн.
– Ладно, я поняла.
– Больше никогда, Ата.
– Больше никогда.
Джейн прерывисто выдыхает:
– И я не хочу, чтобы в моей квартире оставались посторонние.
– Просто я встретила Сегундину в общежитии, и у нее были трудные времена. Я пыталась помочь…
– Это моя квартира.
– Да, да. Ты права, я должна была сначала спросить тебя. Это твой дом, не мой.
Обычно Джейн уверяет Ату, что съемная квартира и ее дом тоже. Это их дом, потому что они семья. Но теперь Джейн молчит.
Ата осторожно начинает рассказывать Джейн о последних успехах Амалии. Как она стала ходить намного быстрее. Как выплевывает гороховое пюре, но готова без конца есть тыкву.
– Завтра я поведу ее в детский музей. Ей понравятся экспонаты. Она смышленая, Джейн, – говорит Ата. – Я уже спрашиваю у моих знакомых, какие дошкольные учреждения в Квинсе считаются лучшими.
– Я бы хотела отдать ее в хороший детский сад.
– Да. Она должна ходить в хороший детский сад, – соглашается Ата, радуясь, что разговор перешел на другую тему. – Сейчас я приведу Мали.
Ата кладет трубку и поднимает Амалию с пола. Она надеется, что в этот день Амалия скажет «мама». Они упражняются каждый раз, когда Амалии нужно сменить подгузник. Ата показывает на фотографию Джейн, приклеенную скотчем над пеленальным столиком, и они вместе говорят: «ма-ма, ма-ма».
– Мали! Моя большая девочка! – восклицает Джейн, и ее глаза тут же загораются. Она надувает щеки и делает глупое лицо, но Амалия только молча смотрит на экран, как загипнотизированная.
– Мама, мама, мама, – шепчет Ата на ухо Амалии, наклонив голову так, чтобы Джейн не видела, как шевелятся ее губы.
– Ты любишь животных, Мали? – спрашивает Джейн и начинает мычать. Потом она хрюкает, как свинья.
Ата щекочет бедра Амалии, и та смеется.
– Тебе смешно, Мали? – спрашивает Джейн, тоже смеясь.
Она снова начинает хрюкать, на этот раз более оживленно.
Ата щекочет Амалию снова. Когда она не смеется, она щекочет ее бока. Амалия корчится:
– Не-а!
– Нет? Ты устала от поросенка? О, Мали. Ты такая умная, уже говоришь, а тебе только годик! – восклицает Джейн и, наморщив лоб, тянет руки к экрану.
Как только видеоразговор заканчивается, Ата набирает номер госпожи Ю и сообщает, что Сегундина принялась сплетничать, чем расстроила Джейн. Госпожа Ю обещает за ними присмотреть. Еще она сообщает, что плата за рекомендацию Сегундины переведена на банковский счет Аты и, как и в случае с Джейн, Ата станет получать через регулярные интервалы небольшую плату на протяжении всей беременности с бонусом при успешных родах.
– Все, о чем я прошу, это держать меня в курсе событий. Информация, которую вы мне даете, позволяет помогать им, – объясняет госпожа Ю.
Амалия дергает Ату за халат. Ата кладет трубку и поднимает девочку, проверяя подгузник. Он теплый и тяжелый. Ата целует сладко пахнущие складки на шейке Амалии и несет ее к пеленальному столику.