Атлас — удобное, труднодоступное укрытие. От основной геологической платформы его отделяет Главный Атласский разлом, имеющий внушительную протяжённость. С юга это место защищено зоной Высокого Атласа над прогибом. На севере, вдоль Средиземного моря, простирается молодая складчатая система. Здесь из-за задерживающейся океанской влаги облака проливают обильные дожди, создавая хорошие условия для разнообразной растительности. Да, тропический пейзаж живописен всегда и, конечно, в любые времена ему к лицу роскошные сады.
Сегодня, в нашем XXI веке, тёплое предгорье Атласа богато апельсинами, виноградом, пшеницей. Отсюда импортируют чай, кофе, сахар. Температура воздуха держится в пределах, благоприятных для жизни: летом тут плюс двадцать пять градусов, зимой — плюс пять. Так что здешний температурный режим вполне приемлем для акклиматизации тех, кто возвращается из космоса, и тех, кто когда-то прибывал с марсианских «плантаций». Постепенный переход от разреженного марсианского воздуха к обычному земному тут могла обеспечивать одна из гор высотой три километра над уровнем моря. Безусловно, для имитации марсианской разреженности больше бы подошла высота в 35 км, но и 3 км — дай сюда!
Сахара, выполняя роль естественной охраны значимого места, бережёт ещё одну тайну: по пустыне с давних пор кочуют величественные туареги. Их синее одеяние добавляет загадочности к происхождению и образу жизни этих стойких детей пустыни, ведь синь удивительно контрастирует с белым цветом, который в чести у соседей по планете: рядом, в Алжире, традиционной женской одеждой является белый хиджаб. Белый цвет в моём сознании мгновенно ассоциируется с Элладой, ибо был популярен также и там. Возможно, сам могучий Атлант облачался в белоснежные ткани?
Вряд ли кто-то станет удивляться тому, что не остался в стороне от почитания белого цвета и замечательный древнегреческий поэт Гомер. Но многие будут потрясены, когда узнают, что, преклоняясь перед белизною, он воспел её совершенно непостижимым образом!
Великий Гомер в своей поэме «Илиада» пишет:
«Лёгким покровом главу осенила державная Гера,
Пышным, новым, который, как солнце, сиял белизною»[1]
(Песнь четырнадцатая, строки 184–185)
В приведённой поэтической фразе используется явно не земное словосочетание. Ведь мы, земляне, привыкли белым цветом наделять облака, снег, сметану и морскую пену. Но никак не солнце, которое по земным меркам, безусловно, жёлтое! А вот на Марсе оно действительно кажется белым. Сегодня это подтверждают фотоснимки с марсоходов, прибывших на Красную планету через 2,5 тыс. лет после написания непревзойдённой «Илиады». И если смотреть на светило с марсианской поверхности, то, конечно, с чем же ещё можно сравнить ослепительную чистоту своей туники, как не с белизной местного солнца — крохотного солнца холодных марсианских небес? Что же получается, герои земных мифов — жители Марса?
Я пока не нашла ответа на этот вопрос.
И вновь ветер, прячась в кронах апельсиновых деревьев, в который раз торопится перелистать знакомые страницы, написанные рукой незабвенного поэта. Кто знает, какие строчки превратятся в русла для рек моих мыслей? Какое слово приведёт к озарению?
Склонился человек над книгой, изучает прошлое ради будущего, прислушивается к шелесту деревьев и шёпоту ветров. О чём они шепчут? что хотят подсказать? Подарит ли знаменитая поэма ключ к заветной двери, ведущей во дворец олимпийского бессмертия? Откроет ли текст «Илиады» секрет бесконечной жизни, будоражащий планету несколько тысячелетий? Прольёт ли свет на тайну человеческого бессмертия? Несомненно, да! Ведь поэма повествует о том, что неуязвимые древнегреческие персонажи мифов пользовались загадочной амброзией.
1
Примечание: цитаты, использованные в пятой главе и помеченные звёздочкой, взяты из книги:
Гомер. «Илиада». Перевод с древнегреческого Н. Гнедича.