Столкнувшись с таким лицемерием, Церковь стала искать поддержку в других местах. В то время как Пьер де Кастельно пытался договориться о военной помощи с графом Прованса, папа снова написал королю Франции. В 1207 году он уточнил, что речь идет не о том, чтобы сражаться с ересью по всему королевству, но только лишь в тулузской области, где находится ее главный очаг. В конце концов, король дал обязательство организовать экспедицию против еретиков. Всем ее участникам Иннокентий III обещал такие же льготы, какие получали крестоносцы, отправлявшиеся воевать в Святую Землю. Кроме того, папа брал королевство Французское под свое покровительство на весь срок, пока будет продолжаться этот крестовый поход нового типа.
Раймунда VI охватил страх. Очень желая, чтобы с него сняли церковное отлучение, граф попросил личной встречи с двумя легатами: Наваррой, епископом Кузеранским, и Пьером де Кастельно. При этом он заранее обещал выполнить все их требования. Тем не менее уже в ходе встречи с легатами в Сен-Жиле он вернулся к своей обычной манере поведения: едва обязавшись исполнить всё, что от него требовали его собеседники, он тут же отказал им в самом существенном. Возмущенные легаты объявили о своем намерении покинуть Сен-Жиль. Граф стал им угрожать. Наварра и Кастельно уехали, прибыли к берегу Роны и провели ночь на одном постоялом дворе. На рассвете следующего дня, 14 января 1208 года, легаты отслужили мессу и приготовились отчалить от берега. Тогда один оруженосец графа Тулузского, желая угодить своему господину, пронзил копьем Пьера де Кастельно. Перед тем как умереть, легат успел простить нападавшего, однако это убийство столкнуло Юг Франции в пучину беспощадной войны[217].
Не заходить слишком далеко...
Менее чем через два месяца Иннокентий III обратился с новым призывом к Филиппу Августу. В письме от 10 марта 1208 года он в деталях сообщил ему об убийстве своего легата и попросил короля вмешаться: «Без колебаний применяйте к графу Тулузскому всю силу королевского принуждения, преследуйте графа вместе с его сторонниками... отнимайте у них земли, которыми они владеют, изгоняйте еретиков... дабы поселить там католиков...»
Получив это необычное и неожиданное предложение столь обширных земель, которые он мог бы присоединить к своему домену или доверить надежным людям, король счел, что вероятная добыча слишком хороша и, вместе с тем, слишком опасна. Поскольку духовная власть не имела военной силы и нуждалась в мирской помощи, чтобы покарать еретиков, она предлагала Филиппу юридическое основание сделать это. Но династия Капетингов не любила участвовать в слишком далеких авантюрах и не стремилась управлять землями, сильно удаленными от центральных владений домена. Осторожный и осмотрительный, король сознавал возможные границы своей деятельности. Геополитическая обстановка была тем более тяжелой, что император Оттон и король Англии Иоанн Безземельный только того и ждали, как бы наброситься на владения короля Франции, чтобы разорвать их на куски.
Столкнувшись с ситуацией, которая могла показаться безвыходной, королевское правительство с тонким мастерством стало разыгрывать свою политическую партию. Словно в гигантском балете, смешались дипломатические фазы, война, религиозные воззрения, ближние и дальние расчеты, желание сохранить приобретенное.
Не заходить слишком далеко, кажется, было главной заботой короля и его правящей команды. Они должны были взять на себя достаточно весомые обязательства, чтобы удовлетворить папским требованиям, и в то же время оберегать королевскую власть, домен, интересы королевства. Король Филипп до сих пор держал Ингеборгу вдали от двора, поэтому он не мог в очередной раз ответить отказом папе, в поддержке которого он нуждался для того, чтобы противостоять Оттону и Иоанну Безземельному. Кроме того, малые очаги ереси уже начали распространяться по королевству. В 1199 году архиепископ Санса, не вдаваясь в детали, уведомил Иннокентия III о присутствии еретиков в Нивернэ, в частности в Ла-Щарите-сюр-Луар. Не страх ли перед еретической заразой, в самом деле, побуждал короля Франции к тому, чтобы следить одним глазом более внимательно за тем, что творится на Юге? Конечно, нет.