К данному разделу Флоренский вложил в тетрадь несколько скрепленных вместе выписок, которые не вошли в машинописный экземпляр. Приводим их:
Акаф<ист> Пресв<ятой> Богор<одице), ик<ос> 8:
«радуйся, противная в тожде собравшая:
радуйся, девство и рождество сочетавшая[1139]
Богоматерь «горняя с дольними совокупи»[1140] и «Небо и земля воедино совокупльшая»[1141] («Служба Неопалимой Купине»).
Богоматерь—земля святая («Служба Неопалимой Купине»—икос и др. места)[1142].
«Время бескровного жертвоприношения настало. Честные дары поставлены на св<ятом> престоле и раскрыты: священнодействующий уготовал себя к совершению жертвы; «он,— по выражению св(ятого) 1ермана,— стоит как бы не на земле, но в пренебесном Жертвеннике, пред страшным Жертвенником престола Божия» (прот<оиерей) Вл<адимир> Владиславлев. О нашем богослужении. Тверь, 1876, стр. 344»[1143].
(благоразумный разборник) «Бога исповеда таящагося» (Триодь Цветн<ая\ нед<еля> 5-я по Пасце, на литург<ии>, блаженна гласа, гл<ас>4[1144].
Скрижаль, стр. 79—80, гл<ава> 19.
«Храм убо дом Божий есть; аще и создан есть каменми и древесы, обаче освящается благодатию Божиею и молитвами священническими; И несть общий дом, якоже и прочии доми, но есть дом на земли, посвященный Богу, или вкупе с Ним и некоему от святых Его. Сего ради имать и именование святаго, имже именовася, и не просто той храм зовем дом, но святый, яко освященный от Святаго Отца Всесвятым Сыном, в Святом Духе и жилище Святыя Троицы. Сего ради понеже есть во имя Святыя Троицы, яко к Самому токмо Богу ходили быхом, глаголем по сему образу, да пойдем к Святей Троицы, или ко Христу, Единому от Троицы воплощшемуся Богу Слову или к Пресвятей Его Матери, или святым ангелом, или апостолом, или святому святителю, или мученику, или некоему от святых. Что являет слово? Являет, яко посвятися Богу [Симеон, с. 122], и есть дом Самаго Бога, и Той обитает в нем: и раб Его, имже именовася, ту обитает в нем, яко во своем жилищи, и душею приходит тамо невещественне. Многажды есть ту положен с мощми своими и Божисю силою и благодатию действует. Зане, понеже мы есмы, сугубы от души, глаголю, и тела, и дарования Божия сугубо приемлем. Отнюду же и в вещех сея Церкве, сиречь в каменех, и вапне и древесех благодать Божия приходит и пребывает. И внегда молимся мы, действует с благоволением Отца и милостию Иисуса Христа, Иже воплотися нас ради и паки отроди нас, и пришествием и милостию содействителя Его и Неразделнаго Духа сие самое зрим яве. Зане божественныя силы и чюдеса бывают во храмех, и ангелов явления, и святых, и чюдеса и знамения совершаются, и прошения даются, и исцеления даруются: и бездушная, яже обретаются во храмех, воды и камение, столпи и покрови святых, и железа, действуют не от себе, како есть возможно сущей твари Божией, аще и бездушная суть, имети что от себе, обаче сия действуют благодатию Божиею. Зане внегда именуем имя Божие и призываем е в сия, освящаемся и мы и исцеляемся. Убо во храме, в нем же есть именование и призывание воистину истиннаго Бога, свята суть вся и Бог действует, и исцеляет, и спасает благодатию Своею божественною[1145]
Скрижаль, стр. 43—44, гл<ава>> 11 (со ссылкою на книгу Маргарит, на третью омилию [«Златоуста» ]):
«Священство совершается убо на земли, чин же небесных имать вещей, и зело лепно. Не бо человек, ниже ангел, ниже иная кая созданная сила, но Сам Утешитель сие устави воследование. И еще убо в плоти сый, ангельским совещева мечтатися служением. Тем подобает священнику, яко на небесех, стояти с оными ангелы, тако чистому быти: страшная убо и трепетнейшая, и ветхая и прежде благодати бяху...» (и далее см.: о величии страшной жертвы, приносимой священником)[1146].