Если мы могли бы сопоставить использование анализа с использованием микроскопа (а также хорошим или плохим использованием этого инструмента), тогда мы смогли бы также сопоставить видение мира традиционной философией с использованием астрономом телескопа для исследования вселенной. Эти инструменты созданы для различных целей, и нам следовало бы ожидать различных результатов от их правильного использования. Но полезность одного из этих инструментов не предполагает и не отрицает ценности другого. С другой стороны, не исключена возможность и того, что они могут использоваться вместе или дополнять друг друга. Таким образом, я убежден в том, что несмотря на то, что философском анализе существуют определенные границы, эти границы не настолько узки, как полагают некоторые современные философы в области образования. Другими словами, оба этих подхода не противоречат друг другу. Более того, они могут дополнять друг друга в непрестанной попытке философии концептуализировать и осознать сложный процесс образования с самой доступной позиции.[159]
Критикую философию анализа, постмодернистские и другие авторы предпринимают попытку объединить аналитический и традиционный философские подходы в единый синтетический вариант. Так, принимая постпозитивистскую позицию, Ричард Пратт в своей работе: «Философия образования: две традиции» отмечает, что
философия образования должна иметь корнем больше, чем просто методологию; она требует нормативной основы. Следовательно, несмотря на то, что методологическая основа философии образования подразумевается и является нашей отправной позицией, все же она не является нашей целью или стремлением. То, в чем мы нуждаемся, есть нормативное измерение.[160]
Пратт отмечает также, что «аналитическое и традиционное (то есть классическое) философские направления, несмотря на то, что они воспринимаются как противоположные позиции, составляют социальную реальность нашей повседневной жизни, что делает бесплодными попытки дуализма.[161]
Такой подход, как отметил один ученый аналитик, можно рассматривать как революционный. Он назвал это «нормативным возрождением в постаналитической философии образования».[162]
Критический анализ
В заключение можно отметить, что аналитическая философия сама по себе является незавершенной. Некоторые философы — аналитики могут отворачиваться от ряда широких философских проблем, но они тем самым не сводят на нет эти проблемы. Кто-то до сих пор должен принимать умозрительные решения относительно таких вопросов, как природа и судьба человечества, природа истины, если вообще жизнь человеческой цивилизации будет продолжаться. Вне этих решений будут находиться предписания относительно общества и его школ. Людям все еще нужен идеал лучшей жизни и, как результат, шестигранная роль философии, которая включает в себя синтетический, спекулятивный, предписывающий, оценочный, аналитический и проверяющий аспекты. Ни одна из этих функций не может перерасти во всю философию без искажения истинности ответа на важнейшие вопросы человечества.
С христианской точки зрения слабость аналитической философии как единственного способа философствования вполне очевидна. Ее натуралистическая позиция относительно природы истинного знания и ее акцент на эмпирический путь познания, естественно, противоречит христианству, которое основано на сверхъестественном и Божественном откровении. Другой проблемой является стремление аналитиков избежать спекулятивной, предписывающей и синтетической функции философии. Христианское писание, по самой своей природе, фокусируется на умозаключении, предписании и синтезе.
С другой стороны, христиане могут многому научиться у аналитического движения. Например, многие языковые обороты и концепции, используемые христианством, излишни и неточны. Кроме этого, существует множество эмоциональных лозунгов и двусмысленных заявлений, которые ведут к смысловым затруднениям в христианской мысли и христианском общении. Подходы и методы аналитиков необходимы для построения христианской философии образования. Однако эти подходы и методы не должны рассматриваться как цель сама по себе или как полный и окончательный вариант философии. Скорее, это философская деятельность, которая помогает христианским учителям уточнять спекулятивные, предписывающие, оценочные и синтетические аспекты своей философской деятельности. Иными словами, христиане найдут больше общего с постаналитическими философами, нежели с теми, кто представлял это движение прежде.
159 lbid., 83.
160 Richard Pratte, Philosophy of Education: Two Traditions (Springfield, IL: Charles C. Thomas, Publisher, 1992), p. xiv.