Выбрать главу

Предисловие.

Необходимость философии права обусловлена реакцией на парадигму эмпирического тоталитаризма. Эмпиризм продолжает оставаться основополагающим принципом права, хотя уже философия Д. Юма (Новое время) продемонстрировала, что чистый эмпиризм – это дорога проб и ошибок, путь в очередное заблуждение. Перспективу может иметь только единство практического подхода и теоретического разума, исторического и логического на базе философии права.

Тотальность эмпиризма создала благоприятные условия для формирования позитивизма. Позитивизм перечеркнул проблему предельных оснований права, переступил через его вневременные начала и представил право исключительно как особую форму регламента общественных отношений, где в качестве субъекта права выступает не индивид, а институт власти, прикрываясь декларацией о справедливом праве.

Эмпиризм ориентирует на освоение феноменальной стороны права, а не на постижение его сущности. Он исключает необходимость ценностного подхода к праву. Аксиологическая интерпретация права – это уже область метафизики, а не позитивизма.

Для юридического позитивизма не существует проблемы справедливости права. Он придерживается установки, что «законодатель всегда прав». В принципе, правота принимаемого закона должна быть формой выражения правоты реальности. Но императивность в данном случае сомнительна, ибо должное и сущее демонстрируют скорее различие, чем тождество. Фетишизация императивности – это прямая дорога навязывания людям в качестве права того, что не является таковым, поскольку выражает волю не общества (народа), а волю института власти. Квазиправо не нуждается в поиске оснований. Более того, оно старательно маскирует свою сущность.

Господство позитивизма приводит к тому, что содержание права подменяется формой, сущность – явлением, закономерности его осуществления – конвенциальностью. И на пути этой инверсии может и должна стать философия права.

Обращение к философии права вдвойне актуально в условиях общества переходного периода, когда старая система ценностных координат уже не работает, а новая ещё не сложилась; когда рушится одно правовое поле и формируется другое.

Целью учебного пособия является обоснование положения о том, что философия права является пропедевтикой теории права. Философия права должна помочь исследователю преодолеть тотальность эмпиризма и принять право как особый специфический способ освоения мира в системе «природа – общество - человек», как особую форму общественного сознания, субъектом которого выступает общество, индивид, а не институт власти.

Предложенное пособие имеет не столько познавательное, сколько мировоззренческое, воспитательное и методологическое значение.

Задача учебного пособия заключается в том, чтобы помочь студенту освоить предельные основания права, познакомиться с принципами права и его нормами, рассмотреть взаимосвязь права и закона, уяснить смысл прав и обязанностей гражданина.

Главная задача учебного пособия состоит в том, чтобы показать ценность права в широком социокультурном контексте. Те, кто занимается, или будет заниматься законодательной или правоприменительной деятельностью, должны отдавать себе отчет во имя чего они это делают.

Учебное пособие ориентировано на развитие гуманистического мировоззрения, которое позволяет человеку выжить в условиях переломного периода нестандартных проблем, сохранить себя и внести свой вклад, обеспечив связь времен и поколений.

Содержание глав пособия логически взаимосвязано и в целом обеспечивает изложение учебного курса по философии права. При подготовке учебного пособия принимался во внимание опыт отечественной и зарубежной практики, что объясняет не только преемственность, но и неизбежность повтора некоторых известных положений.

Автор выражает признательность профессору Олегу Аршавировичу Габриеляну и профессору Алексею Давидовичу Шоркину за их благожелательные замечания.

Глава № 1 Идея философии права и ее потенциал

§ 1. Идея философии права, ее становление и осуществление

Время XVIII – XX века внесло свой вклад в процесс обособления права от философии. Наработанный опыт совместных усилий философов и юристов был перечеркнут в условиях, когда право определялось как «воля господствующего класса, возведенная в закон». Подобно тому, как математики, далекие от философии, порой числят лишь по своему ведомству Пифагора, Декарта, Лейбница, так и среди ортодоксальных юристов распространено мнение о необходимости проводить линию демаркации между наукой о праве и философией с ее метафизическими размышлениями, которые ассоциируются с нестрогостью мысли, с отвлеченностью от социальной практики.