Осознание этих мыслительных форм, как идеологических извращений действительности, исторический процесс высвобождения от их мертвящих оков, логической предпосылкой чего является философская самокритика, а материально-общественной — классовая борьба пролетариата и переход к социализму ( как ранее переход от теологического мировоззрения к абстрактной метафизике был выражением перехода от «Средневековья» к «Новому времени», т. е. от феодализма к буржуазному миропорядку), этот исторический процесс есть процесс сбрасыванья форм общественного субъективизма, их смены и их преодоления: в конце концов «научная картина мира» и философское её обобщение перестают быть и антропоморфными и социоморфными.
Выше мы подробно разбирали вопрос о телеологии необходимости. Мы видели, что какое-угодно развитие человеческой активности и её побед над стихиями природы отнюдь не даёт основания впадать в чистый волюнтаризм и индетерминизм. Цели человеческие определяются необходимостью; в достижениях своих человек опирается на законы природы, и любой, самый сложный и замысловатый, технологический процесс выражает природную необходимость во всей определённости конкретных связей и взаимоотношений. Но и общие условия человеческой исторически-общественной деятельности определяются фазой развития земли: это есть рамки, в которых движется человеческая жизнедеятельность вообще. Энгельс, вместе с Фурье считал неизбежной и нисходящую кривую человечества, и его гибель, вместе с гибелью жизни на земле, как планете. Другими словами, человеческую историю нельзя оторвать напрочь от истории земли, как плацдарм locus standi и питательного источника общества. Мы не решаемся, однако, заходить так далеко в выводах, ибо нет достаточных данных ни для утверждения о неизбежном «старении» «человеческого рода» (это есть лишь суждение по аналогии), ни для утверждения о невозможности межпланетных сообщений, ни для исключения новых методов приспособления к необычайно-медленным изменениям в общепланетарных условиях существования. Здесь пока можно лишь сказать: qui vivra, verra[320].
В процессе овладевания объектом со стороны субъекта, объект всё более и более раскрывается в бесконечном разнообразии своём, количественном и качественном, экстенсивном и интенсивном. Практически исторический человек, современный человек, переделывает огромные массы вещества, а познавательно уносится в бесконечно-огромные звёздные пространства и в бесконечно-малые (и тоже огромные, тоже бесконечные) сферы микрокосмоса. Необычайное многообразие объективных свойств, качеств, отношений, взаимозависимостей, связей для человека всё время растёт, ибо практика и теоретическое познание вскрывают все новые и новые их богатства, которые неисчерпаемы: здесь продолжается историческое превращение действительного, независимого от человека мира, природы, как таковой, в объект овладевания, переход от «равнодушного» бытия мира к соподчинению его растущему могуществу субъекта, который координирует со своими целями и соподчиняет им великие теллурические процессы.