Обычное ломанье голов в этом пункте происходит потому, что люди ищут либо наглядного представления (две стороны дуги например, чуть ли не со времён Спинозы), а наглядное представление, чувственный образ, здесь a limine исключён; либо люди хотят изложить этот особый и специфический тип связи, особую категорию отношений, категорию инобытия, в понятиях соответствующих других специфических категорий, что тоже невозможно. Между тем, здесь — ложная проблема: ибо это соотношение существует, как особое, оригинальное соотношение, как особый тип реальной связи, и его нужно мыслительно, т. е. «в понятии» и формулировать, как таковой, во всей его специфичности, оригинальности и относительной противоположности к другим формам и типам связи. Все это не исключает особого типа связей и в плоскости самого инобытия. таковы, например, закономерности ассоциаций и т. д.
Далее, возьмём тип связей, выражаемый так называемым метематическо-статистическим законом. Обычным примером здесь служит закон больших чисел, с иллюстрацией его на акте выбрасывания орла и решётки: чем больше число «опытов», т. е. выбрасываний, тем больше выпадение орла (или решётки) приближается к половине всех выбрасываемых случаев (элементарная иллюстрация для начинающих изучать «теорию вероятностей»). Трактовать математическо-статистический закон, как что-то внеопытное, не имеющее никакого отношения к реальной действительности; считать, что «чистая математика» есть нечто, никакого касательства к земной жизни не имеющее, это есть «чистый» вздор. Мы не говорим уже о понятии числа и т. д. Но здесь ясно видно, что за спиной «математического закона» стоит правильная чеканка монеты, её симметричная форма. Если бы у неё центр тяжести был смещён,— и результаты были бы иные. Следовательно, и здесь схвачен определённый тип реальной связи, особый тип; те споры, которые имеются в современной теоретической физике относительно статистической закономерности, относительно «природы» закона в макрокосме, говорят о действительной проблеме. Во всяком случае мы здесь имеем вопрос о новом типе связи. Вот ещё один пример, подтверждающий мысль Ленина.
Далее. Берём законы диалектики. Ещё в «Анти-Дюринге» Энгельс определял законы диалектики, как наиболее общие и наиболее всеохватывающие законы, обнимающие природу, общество и мышление. В «Диалектике Природы» он дал блестящие образцы диалектического материализма, как метода исследования в области теоретического естествознания в его «высших» областях. Маркс и в исторических, и в философских работах обнаружил себя непревзойдённым мастером этого метода. Но и весь «Капитал» от начала до конца пропитан духом диалектики. Недаром Ильич отмечает в одном из своих афоризмов, что марксисты не знали Гегеля и поэтому до конца не понимали «Капитала».
Но что такое диалектические законы? Например, закон раздвоения единого, взаимопроникновения противоположностей, отрицания отрицания, перехода количества в качество и т. д. и т. п. Есть ли это казуальные законы? Нет. Конвенциональные? Тоже не то. Статистические? Тем менее. Что же они такое? Они — законы диалектики, да, законы диалектики, особые, специфические законы, законы sui generis[246], притом наиболее общие.
Это один только вопрос насчёт общих типов закономерностей. Но мы в этой связи должны напомнить ещё то, что мы говорили относительно особых и специфических законов для каждого вида движения качественно отличных видов материи, в первую очередь физических, химических, биологических, а затем и общественных и т. д. На непонимании категории меры, скачков, специфических качеств была основана, как мы видели, деревянность, ограниченность и относительная тупость механического материализма. Следовательно здесь различие вышеуказанных типов ещё помножается на специфику закономерностей, вытекающих из природы самого объекта, имманентную специфику предмета.
Но тут нас перебивают возмущённые голоса: — Ну это уж слишком! Ну, автор уже договорился чёрт знает до чего! Ведь, это чистейшей воды плюрализм. Ведь здесь ничего не осталось от монизма, которым всегда гордились марксисты ещё со времён наделавшей славного шуму книги И. Бельтова[247] (Плеханова: «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю»[248].). Все закономерности разбиты по полочкам, для каждого — особая полочка, всё разгорожено, за «спецификой» всё разбито и разгромлено,— и мы перед старым корытом плюрализма! Вот уж поистине постыдная диалектика и постыдное превращение в собственную противоположность!
248
Работа Плеханова Г. В. «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю» (1895).