— Да, я вижу, — сказал Ник.
— Если вы хотите избавиться от негативной кармы, то должны побывать во всех мгновениях, накопленных ею, — проговорил Дин более сильным и чуть ли не стариковским голосом. — Полное погружение — это единственный возможный способ полного, осмысленного просветления с преображением души, детектив. Мои духовные советники помогают мне реинтегрировать все осознанно.
Он говорил, как ученик, повторяющий что-то выученное наизусть на чужом языке.
— Мистер Дин, это вы убили Кэйго Накамуру? — спросил Ник.
— Что… убить… человека? — сказал Дин. Его сухие пальцы дотронулись до растрескавшихся губ и впалых щек. — Убил ли я? Вы знаете? Было бы полезно, если бы один из нас знал наверняка. Убил?
— Почему вы были на вечеринке у Кэйго Накамуры в ночь убийства, Дерек?
— Разве я там был? Неужели я в самом деле был там, детектив? Ведь реальность — относительное понятие. Дейви Крокетт и Джим Боуи,[67] возможно, мертвы… а может быть, и живы, существуют где-то в сопредельном плане.
— Почему вы были на вечеринке у Кэйго Накамуры в ночь его убийства, Дерек? Не торопитесь — вспомните.
Дин театрально нахмурился и подпер костлявым кулаком подбородок, демонстрируя, что думает. Минуту спустя он поднял взгляд и снова улыбнулся щербатой детской улыбкой.
— Меня пригласили! Я был там, потому что меня пригласили! Мой учитель сказал, что я могу сходить, и пошел со мной.
— Ваш учитель? То есть миссис Хауи? — спросил Ник.
Дин принялся качать головой, и этот процесс затянулся. Он делал это, как проказливый ребенок или пьяный.
— Нет-нет, мой учитель здесь, в институте. Шантаракшита Падмасамбхава.[68] Мы звали его Арт. Арт основал йогачару-мадхьямику,[69] он был Великой Душой и великим счастьем для института.
— Арт все еще здесь? В Наропском институте?
Дин оценивающе посмотрел на него и снова уставился голодным взглядом на заднюю дверь конференц-зала.
— Находится ли Шантаракшита Падмасамбхава по-прежнему в институте? Да, конечно, находится.
Ник кинул взгляд на Сато, который делал запись в своем телефоне.
— А вы… — начал было Ник.
— Шантаракшита Падмасамбхава умер несколько лет назад, — счастливым голосом продолжил Дин. — Но он все еще здесь. Сегодня в перерыве миссис Хауи позволит мне с Джуди, Кэлвертом и… и… я забыл с кем еще… поработать над росписью, посвященной Аламо. Извините. Я пытаюсь вспомнить. Пытаюсь изо всех сил, но забываю.
Бывший топ-менеджер «Гугла» разрыдался. По гладковыбритой верхней губе потекли сопли.
— С Хуаном, — успокоил его Ник. — Миссис Хауи сказала, что вы можете работать над росписью с Джуди, Кэлвертом и Хуаном.
Дин засиял и тыльной стороной ладони отер сопли.
— Спасибо, детектив Боттом. — Пятидесятидвухлетний мужчина захихикал. — Боттом… странная фамилия. Вас в школе не называли Жопой?
— Если кто и называл, то только один раз, — сказал Ник.
Он подошел к другой скамейке, сел рядом с Дином и крепко сжал его за плечи. Это было все равно что сжать хрупкую кость без мяса. Ник знал, что если он нажмет еще сильнее, то услышит хруст.
— Мистер Дин, это вы убили Кэйго Накамуру? А может быть, знаете, кто это сделал?
Дин поднял правую руку и погладил обнаженное запястье Ника.
— Я вас люблю, детектив Боттом.
Ник пожалел, что не захватил второй магазин с девятимиллиметровыми патронами. Он кивнул и сказал:
— Я вас тоже люблю, Дерек. Так это вы убили Кэйго Накамуру? А может быть, знаете, кто это сделал?
— Нет, детектив, не думаю. Но я буду знать.
— Когда?
Дин облизнул губы и принялся демонстративно загибать пальцы.
— Сейчас мне семь… почти семь с половиной. А это значит, что осталось всего… много лет… прежде чем я вернусь к тому дню, когда Кэйго говорил со мной, а назавтра умер. Извините, детектив.
Он снова разрыдался.
— Господи Иисусе, — выдохнул Ник.
— Великий учитель, — сказал Дин, оживляясь, но на сей раз не вытирая слез и соплей. — Но он не в состоянии вывести нас на истинный путь, к сатори, так же быстро и уверенно, как… скажем… Бодхидхарма.
Он повернулся к Сато, который все еще писал стилусом у себя в телефоне:
— А вы — Такахиси Сайто, друг Кэйго? Я помню вас по тому дню, когда записывалось интервью.
Сато хмыкнул.
Дин неожиданно вскочил на ноги. Его лицо излучало сквозь слезы чистую радость. Из задней двери конференц-зала вышли два монаха и направились к лабиринту и Дереку Дину.
Ник и Сато тоже поднялись.
68
Соединение имен Шантаракшиты и Падмасамбхавы — двух видных представителей тибетского буддизма, живших в VIII в.