– Ага! Он изобрел идеальное зеркало. Джорджия. Не он ли построил…
– Виндомию. Туда я и еду.
– Ясно. Полагаю, я бы не отказался от встречи с парнем, который изобрел колесо.
– Возможно, я действительно наковыряю что-нибудь интересное. По какой-то причине Шана думает, что жизнь профессора в опасности.
– Если не выйдет ничего путного, возвращайся на Прайори-Фарм. Хорошо? Кэрри утверждает, что ты ей понравился, и какое-то время она готова тебя терпеть. Кроме того, заборы давно пора покрасить. Жалованье мы можем предложить минимальное, но у тебя будет крыша над головой, а по субботам тебе разрешат принимать душ.
– Не приеду, – отказался Джек. – У нас и так сложились очень теплые отношения. Какие и должны складываться у отца с сыном.
– А разве могло быть иначе? Я видел тебя два или три раза, мы провели вместе несколько часов.
– Дело не в количестве проведенного вместе времени, а в качестве.
– Да уж… – Флетч заметил указатель поворота на Форвард и сбросил скорость. – Пока мы были вместе, ты безраздельно владел моим вниманием.
– Как Кэрри?
– Разве я не сказал? Чокнулась. Ты ей нравишься. Меня она любит.
– Я хотел, чтобы ты знал, где меня искать. Пожалуйста, скажи маме, куда я поехал.
– Обязательно. – Флетч перестроился в левый ряд, включил поворотник – Позвони, если найдешь работу.
– Как насчет ленча? – спросил Энди Сист.
– Дельная мысль, – ответил Джон Флетчер Фаони.
– Пойдем в столовую для сотрудников. Сегодня там подают лазанью.[180]
– Нет, – покачал головой Джек. – Я бы съел итальянский сандвич с моллюсками.
– И где ты его найдешь?
– В Сабс-Роуз.
– Где это?
– В Северной Каролине.
– Однако.
Джек пожал руку Энди.
– Рад был познакомиться. Спасибо за помощь.
– Блейр не взял тебя на работу?
– Он дал мне «отеческий совет»: пшел вон.
– Эй, Джек! – крикнул вслед Энди. – Мы еще увидимся?
Шагая к выходу «Глоубел кейбл ньюс», Джек обернулся и помахал Энди рукой.
– Возможно. Когда я научусь не заканчивать предложение вопросом.
Глава 4
– А теперь скажи мне, кому мы всем этим обязаны, – прорычала Кристел, увидев Флетча.
Она лежала на кровати в своей комнате на втором этаже санатория «Блайт-Спирит». Наволочки, простыни, одеяла, даже занавеска отсутствовали.
Огромную гору жира, в которую превратилось ее тело, прикрывали ночная рубашка и халат.
«Какая она беспомощная, – подумал Флетч, – прямо-таки жертва автоаварии, лежащая посреди шоссе».
Если не считать силуэта за занавеской, который Флетч лицезрел неделей раньше, он не видел Кристел много лет. И его поразили невероятные габариты ее тела.
– Привет, – выдохнул Флетч.
– Они забрали даже лампы, – пожаловалась Кристел. – Настенные бра.
– Да. Сегодня у них суетливый день. – На подъездной дорожке сгрудились автомобили, пикапы, микроавтобусы, фургоны как частных лиц, так и медицинских учреждений. Из кабинетов тележками вывозили документацию. Флетч откашлялся. – Хочу увезти тебя отсюда.
– Никуда я с тобой не поеду, – отрезала Кристел. – Это ты натравил на нас законников. Твой чертов репортаж по «Глоубел кейбл ньюс».
– Ты же знаешь, что я поступил правильно.
– Ничего такого я не знаю. Здесь обо мне заботились.
– Здесь тебя держали только затем, чтобы чистить твои карманы.
– Где Джек?
– В Виргинии. Я только что говорил с ним.
– Он едет сюда?
– Нет. В Джорджию.
– И что он тебе сказал? Флетч улыбнулся:
– Он посоветовал мне быть поосторожнее, чтобы ты вновь не упала на меня.
Коротко взглянув на Флетча, Кристел рассмеялась:
– На этот раз я размажу тебя по полу.
– Это уж точно.
– Оба вы говнюки. Отец и сын. Не следовало мне рассказывать одному о существовании другого. Выметайся отсюда. Кому ты тут нужен?
– Тебе.
– Черта с два.
– Ладно. И каковы твои планы?
Лежа на кровати, Кристел нетерпеливо махнула рукой. Флетч понял, что женщина таких габаритов скорее всего не сможет и сесть без посторонней помощи.
– Какое тебе дело? – пробурчала она. – За то, что будет со мной, ты ответственности не несешь.
– Я знаю, – кивнул Флетч. – Но в воскресенье я обещал тебе вернуться.
Он по-прежнему стоял посреди палаты, между кроватью и дверью в коридор.
– Да уж, – горестно воскликнула Кристел. – Проник сюда под личиной репортера, шпионил за мной, шпионил за людьми, которые обо мне заботились, раззвонил обо всем по «Глоубел кейбл ньюс», натравил на «Блайт-Спирит» все правоохранительные учреждения, адвокатов, политиков, отправил под суд весь персонал, начиная с поваров и секретарей, в считанные часы добился закрытия санатория, а в итоге я лежу, прикованная к постели, всеми забытая. Не могу пошевельнуться, с утра маковой росинки во рту не было, нет даже салфетки, чтобы бросить в тебя! Ты вернулся, это правда. Вернулся, словно вторая половина тайфуна, накрывшего морской курорт.