Но анархо-социалистические взгляды Феррера имели, поскольку дело касалось их практического осуществления, свою особую окраску, и в общем движении его работа занимала всегда особое место. Он поставил себе целью преобразование системы воспитания; ему казалось это делом, наиболее подходящим для интеллигента, по самому положению своему поставленного, в невозможность принимать непосредственное участие в чисто рабочей борьбе.
Главным образом, однако, на вопросы воспитания наталкивало его положение дел на его родине. Испания представляет собою в смысле просветительном ужасающее зрелище: в ней 85% безграмотных, а из тех, которые считаются грамотными, многие едва умеют читать и писать. Положение народных школ самое плачевное. Влияние духовенства безгранично; оно сказывается не только в правительственной политике, но и в школе, и в семье, во всей ежедневной жизни. Во всей стране только Каталония с Барселоной живут жизнью цивилизованных стран.
Ферреру, вероятно, долго не удалось бы привести в исполнение своих педагогических планов по недостатку средств, если бы не одна счастливая случайность. В 1894 году он познакомился с французской семьей Mennier, в которой давал уроки испанского языка. M-lle Mennier, его ученица, вначале ревностная католичка, сделалась под его влиянием гораздо более терпимой, прониклась либеральными взглядами и во время дела Дрейфуса стала даже решительно на сторону его защитников. Педагогические планы Феррера очень заинтересовали ее, и она предложила ему средства на открытие в Испании школы на новых началах. Феррер согласился, добросовестно предупредив ее, что школа будет чисто-светская и что всякое преподавание религиозных догматов будет из нее исключено1. В 1901 г. m-ІІe Mennier умерла, оставив Ферреру в полное его распоряжение, без всяких условий, часть своего состояния.
Феррер немедленно приступил к осуществлению своих планов, и деятельность его в этом направлении шла, все расширяясь, до самой его смерти. Он был вообще главным образом человеком практического дела, умелым организатором, в высшей степени энергичным, упорным, не останавливающимся ни перед какими затруднениями. А затруднений и препятствий, в отсталой стране и при неограниченной власти духовенства было так много, что всякий человек с менее упорною волею много раз отчаялся бы.
Первым делом Феррера было основание в Барселоне знаменитой «Современной школы» (Escuela moderna). В Испании, точнее в Каталонии, уже существовало в то время несколько светских школ; одним из главных деятелей этого движения, зародившегося еще в 80-х годах, был известный испанский естествоиспытатель Odon de Buen. Создание светских школ вообще было в то время главною заботою всех испанских антиклерикалов, да и не только их. Тем же занимались и все вообще передовые элементы Испании: социалисты (как социал-демократы, так и анархисты), деятели рабочих союзов, члены кооперативных обществ и т. д. Феррер объединил все эти разрозненные усилия, выработал новые и более определенные программы, а главное — и этим его педагогические и просветительные начинания отличаются от всего того, что делалось и делается большинством педагогов светских школ разных стран, — он вдохнул в это движение совершенно новый дух. В своем profession de foi по поводу основания «Современной Школы» Феррер говорит не только об устранении преподавания догматов религии, но и о том, что Школа отрицает всякую рутину, всякий обычай, замыкающий умственную жизнь человека в рамки, приспособленные к поддержанию того или иного общественного строя данной минуты; что преподавание в новой школе будет свободно от всякой предвзятой идеи, что она будет держаться строго в пределах доказанного и несомненного. Целью школы Феррер ставит освобождение человеческого ума от всех пут и служение тому идеалу, в котором научные истины станут достоянием всего человечества, а не одних только привилегированных счастливцев. Все это, в первом заявлений, излагалось до некоторой степени эзоповским языком, и читателю приходилось многое читать между строк, но и такое заявление было для Испании крайне знаменательным и чуть не революционным.
«Современная Школа» открылась с 30 учениками (18 мальчиков и 12 девочек), а к концу первого года их было уже 70. Феррер сразу нашел себе ценных сотрудников и помощников в лице, во-первых, того же Odon de Buen’a, а затем профессора барселонского медицинского факультета Martinez Vargas'a, старого деятеля Интернационала, автора замечательной книги по истории испанского рабочего движения «Еl proletariado militante» — Anselmo Lorenzo, и многих других. Вне Испании школу поддерживали своим сочувствием такие люди, как Элизе Реклю, Летурно и другие.
1
Если мы несколько останавливаемся на этих подробностях, то только потому, что они были извращены, с целью набросить тень на личность Феррера, иностранной и русской реакционной печатью.