Император твердо придерживался своих планов относительно крестового похода. Готовность освободить Гроб Господень охватила теперь уже большую часть христианского Запада. Кроме того, в последние месяцы своего пребывания в Германии Фридриху удалось серьезно расширить непосредственно территориальную основу владычества своего дома. После смерти последнего графа Зульцбаха в январе 1188 года он в срочном порядке принял наследство этого дома — в соответствии с договорами, заключенными между ним и епископством Бамбергским еще в 1174 году. Барбаросса лично приехал из Нюрнберга в Ханбах на Фильсе, в сердце зульцбахских земель[424]. Еще за год до того императорский сын Оттон, уже получивший в лен доставшееся Штауфенам в 1173 году графство Ленцбург, удостоился титула графа Бургундского. Тем самым было обеспечено сохранение наследства его матери, расширенное за счет большой области в швейцарских землях вплоть до альпийских перевалов[425]. Равным образом и Генрих VI по императорскому поручению был отправлен в Бургундию, чтобы окончательно поставить на колени графа Вильгельма Женевского, с 1186 года находившегося в опале. В этом он, впрочем, не достиг успеха. Бургундии предстояло еще долгое время являть собою очаг волнений, во многом по причине затянувшегося на годы конфликта с Гумбертом III Савойским[426]. Возведение императорского сына Оттона в графы, а затем в пфальцграфы этой области следует, таким образом, рассматривать как существенный компонент мероприятий, направленных на ее замирение.
Весной государь избрал местом своей резиденции родовые владения своего дома в Эльзасе. В декабре 1187 года на смену папе Григорию VIII с его длившимся всего несколько недель понтификатом пришел Климент III. С восшествием нового папы возродилась давно и тщетно лелеемая надежда осуществить императорскую коронацию наследника трона и его норманнской супруги[427]. И хотя этим была бы достигнута столь долго преследовавшаяся цель штауфеновской дипломатии, Фридрих поначалу удовлетворился папским обещанием. О поездке Генриха VI в Рим перед самым началом крестового похода нечего было и думать. В Хагенау на Пасху 1189 года (9 апреля) император принял «суму и посох пилигрима», как красиво сказано у Гислеберта Монсского[428]. Затем в субботу он направился в Регенсбург, где, согласно договоренности, должно было собираться крестоносное войско.
Еще на несколько дней Фридих задержался в своих швабских родовых владениях, прежде чем, несколько запоздав, прибыл около 10 мая в Регенсбург. Число собравшихся там крестоносцев было в любом случае огромно, хотя исследования и корректируют данные источников со 100 тысяч до 12–15 тысяч человек. Уже 11 мая эта огромная процессия двинулась в путь[429]. Сам государь и многие высокие князья отправились речным путем вниз по Дунаю. Неделю спустя Фридрих прибыл в Вену, где он был наилучшим образом принят австрийским герцогом, который уже долгое время принимал существенное участие в подготовке крестового похода и сам должен был отправиться в Святую землю в том же году. Огромная масса крестоносного воинства делала возможным лишь постепенное медленное его продвижение, и проблемы снабжения были его постоянными спутниками. Бабенберг предоставил государю сопровождение до его остановки на венгерской границе — на правом берегу Дуная южнее Пресбурга (современная Братислава). В пресбургском лагере император издал общевойсковой и лагерный устав, как он уже делал это в начале своего второго итальянского похода в 1158 году[430]. Столь большое количество войск, собиравшееся под предводительством Штауфена — прежде в Италии, а теперь в крестовом походе — обязательным образом предполагало подобные распоряжения, обеспечивавшие дисциплину и внутренний порядок.
425
426
См.:
427
429
О событиях крестового похода см. прежде всего работу Э. Айкхоффа, всемерно учитывающую источники и литературу: