С подобающим выражением лица Николай произнес:
— Вырвался из ада… Перешел линию фронта, попал в Харьков, болел… И вот теперь как лицо немецкой национальности оказался на месте своего постоянного жительства… Только вчера прибыл.
— А семья? — сочувственно спросил Вагнер.
— А семья, — повторил Николай и, махнув рукой, отвернулся, — не спрашивайте…
— Может быть, я смогу быть вам полезен? Знаете что, — Вагнер взглянул на часы, — у меня еще есть полчаса времени. Зайдем в бодегу![7]
Они свернули с Полицейской на Ришельевскую, зашли в бодегу и заняли столик. День был жаркий. Вагнер заказал пиво.
Приняв почтительную позу, Николай произнес, не жалея патоки:
— Простите Евгений Евгеньевич, я должен был это сделать раньше. От всей души поздравляю вас с высокой наградой!
Поглаживая пальцами крест, Вагнер сказал по-немецки:
— Служу великой Германии!..
Они чокнулись кружками и выпили.
— Так вот, милый Гефт, я заместитель начальника «Стройнадзора». Чтобы была понятна наша структура, я вкратце вас информирую. Во главе оберверфштаба — адмирал Цииб. В системе штаба — «Стройнадзор», который осуществляет контроль за ремонтом и строительством судов. Во главе «Стройнадзора» по одесским мастерским баурат[8] Загнер. Я его заместитель. Мне известно, что на судоремонтном заводе есть нужда в инженерах… Хотите? Могу дать рекомендацию.
— Благодарю вас, Евгений Евгеньевич! Как только удастся получить аусвайс и оформить прописку, я воспользуюсь вашим любезным предложением. Простите, администрация на заводе румынская? — спросил Николай.
— Да, румынская, но кто же их принимает всерьез!
— Не говорите, Антонеску отхватил территорию от Днестра до Буга, наконец, Одесса, порт…
— Это небольшая компенсация за Трансильванию! — перебил его Вагнер. — Мозговая кость за верную службу хозяину! И если хотите, румыны не вывезут из «Транснистрии» и десятой доли того, что Германия выкачает из Румынии. — Вагнер покровительственно улыбнулся: — Так-то, молодой человек!
Вагнер имел весьма представительную внешность: седые виски, холодные серые глаза, массивный с горбинкой нос и руки, главное руки — холеные, белые, с большим золотым кольцом-печаткой на безымянном пальце.
— Если, господин Гефт, вам понадобится помощь, можете на меня рассчитывать, — закончил Вагнер, поднялся и протянул руку.
Размахивая портфелем, не спеша, Вагнер двинулся вверх по Ришельевской.
Оформив легальное положение, Николай отправился на Мечникова, 2, в Управление «Стройнадзора».
Чтобы внушить большее уважение к своей персоне, Вагнер продержал его в приемной около часу, но в кабинете поднялся Николаю навстречу, был очень любезен, тут же написал отличную характеристику и рекомендацию на имя директора завода инженера Купфера.
— Купфер — румынский немец, — предупредил его Вагнер, — но ярый румынофил. Отлично владеет русским. Если у вас возникнут какие-либо трудности, обращайтесь прямо ко мне.
Но трудностей не возникло. Шеф завода, как его здесь называли, инженер Купфер дал приказ о зачислении Николая Гефта старшим инженером по механической части.
Сражение начинается
Ровно в семь часов утра Николай был в Управлении «Стройнадзора». Каждый рабочий день начинался с оперативного совещания в кабинете морского строительного советника Загнера. На «говорильне», как мысленно окрестил эти совещания Николай, завод принимал заказы на ремонт судов от Морской транспортной службы — «Зеетранспортштелле».
В этот день присутствовали: майор Загнер — человек с красным бугристым лицом, в очках с золотой оправой, в форме СС; его заместитель Вагнер — самодовольный, одетый в безукоризненный серый костюм, с крестом на груди; шеф завода Купфер; главный инженер завода Петелин; главный механик Сакотта и Николай Гефт.
В начале совещания майор Загнер передал заказ на ремонт одного бота марки «РО» 12-й гафеншуцфлотилии[9], двух ботов серии «Д» 30-й деляйтфлотилии[10], одного катера 9-й флотилии Очакова и двух судов 4-й флотилии фишкутеров из Ак-Мечети. Майор уточнил сроки ремонта судов, подписал требование на материалы и, остановив невидящий взгляд на Купфере, сдерживая раздражение, по-немецки сказал:
— Объясните, шеф: почему в ковше завода четыре недели стоит сторожевой корабль «ПС-3», принадлежащий германскому военному флоту? Работы по установке двигателя должны были быть закончены к первому июня! Вчера меня вызывал по этому вопросу начальник оберверфштаба адмирал Цииб. Я не желаю краснеть перед командованием из-за вашей нераспорядительности!