Народник Михайловский, оценивавший творчество Успенского с абстрактно-идеалистических позиций, все идейные искания писателя-демократа объяснял не стремлением его к коренному изменению жизни трудовых масс, а поисками личной "гармонии", душевного "равновесия". В теоретическом плане "власть земли", по Михайловскому, оказывается, и есть та "гармония", поисками которой всю жизнь занимался Успенский.
Различными — от похвал до огульного осуждения — были отзывы о "Власти земли" и примыкающих к этому произведению очерках на страницах либеральной прессы (журнал "Вестник Европы", газета "Новости" и др.).
Художественную и познавательную силу крестьянских очерков Успенского ценил Салтыков-Щедрин, хотя и критиковал не раз писателя за его отдельные народнические иллюзии, за его противоречивость. Художественную образность новых очерков Успенского отмечал Тургенев. "С особенным удовольствием, — писал он Успенскому, — прочел я ваши этюды в "Отечественных записках": они прекрасны, а "Мальчик, который не желает учиться" (имеется в виду очерк "Мишка" в цикле "Крестьянин и крестьянский труд". — В. Д., Н. С.) — в своем роде маленький chef d'oeuvre. Тут не одно знание деревенского быта, которым вы всегда обладали, — но проникновение в самую его глубь — художественное схватывание черт и типов". На большую познавательную ценность очерков "Власть земли" указывал А. М. Горький.
IV
Во второй половине 1880-х годов в творчестве Успенского начинают все большее место занимать вопросы, связанные с развитием в России капитализма. Эта эволюция творческого пути писателя находится в полном соответствии с процессами, происходившими в самой исторической действительности. В. И. Ленин об этой эпохе русской жизни писал, пользуясь характерными формулами Успенского: "Убывает власть земли, растет власть денег". [11]
Уже в крестьянских очерках Успенского конца 1870-х — начала 1880-х годов ясно определилось глубокое недовольство писателя развивающимся капитализмом, проникновением его в деревню, ростом социальной дифференциации крестьянства, разрушением "власти земли". Русская жизнь являла все новые и новые неотразимые факты торжества буржуазных порядков. Успенский не закрывал глаза на действительность, не прятался от нее, наоборот, он стремился как можно глубже понять ее и найти пути для разрешения вскрытых противоречий.
Личная жизнь писателя в 1880-е годы и вплоть до последних дней творчества была наполнена неустанным изучением новых явлений действительности, страстными поисками путей улучшения жизни народных масс, непрерывным горением творческого ума и сердца во имя возложенной на себя задачи: быть выразителем народных интересов.
Выполнение этой огромной задачи осложнялось тем, что восьмидесятые годы были в русской общественной жизни годами все возраставшей политической и общественной реакции, роста цензурного гнета, полицейских преследований. В 1884 году царское правительство закрыло журнал "Отечественные записки". Для Успенского это было особенно тяжелым ударом: все крупнейшие произведения писателя 1870-х и начала 1880-х годов печатались в "Отечественных записках", в журнале он встречал неизменную поддержку Салтыкова-Щедрина. С закрытием журнала для Успенского, как и для великого сатирика, встал вопрос о новом литературном пристанище. Приходилось идти на сотрудничество в органах, идейная ориентация которых отнюдь не удовлетворяла писателей революционной демократии. Так для Успенского началась пора работы в таких либерально-народнических и буржуазных органах, как журналы "Русская мысль" и "Северный вестник", газеты "Русские ведомости", "Неделя" и др. Писателю при публикации его произведений приходилось страдать не только от притязаний чиновников цензурного ведомства, но и от требований различных редакторов. В 1888 году, указывая на засилье цензурных и иных властей, Успенский писал о русской литературе: "Она убита в самых лучших своих стремлениях и приведена к тому, что писатель, садясь за работу, думает о том, чтобы не написать так, как он думает". Приходилось Успенскому сталкиваться и с непосредственными полицейскими преследованиями, доносами, слежкой. Обстановка доносительства, полицейского сыска, столь характерная для 1880-х годов, не раз изображалась Щедриным и затем Чеховым. Отражена она и в ряде произведений Успенского. В очерке "Подозреваемые" (цикл "Бог грехам терпит") он гневно писал: "Донос!.. Вот единственный проторенный путь для выражения всех государственных и общественных стремлений, вот модный, общедоступный, популярный способ, единственный даже для предъявления хороших побуждений".
Наряду с тяжелой общественно-литературной обстановкой, в которой протекало творчество Успенского в восьмидесятые годы, следует отметить и материальную нужду писателя, жившего исключительно литературным трудом. Письма Успенского 1880-х годов наполнены непрерывными хлопотами о деньгах, ссудах, о погашении долгов и одновременно горькими сетованиями на материальную зависимость от различных литературных и нелитературных дельцов. Во второй половине 1880-х годов усиливается болезнь писателя. Уже в 1883 году в письмах Успенского появляются жалобы на недомогание, утомление и т. д., затем упоминаний о болезни становится все больше, пока тяжелый душевный недуг не оборвет его творческую работу.
Таковы исключительно сложные личные и общественные обстоятельства, в которых протекала деятельность Успенского в 1880-е годы, и можно лишь поражаться той огромной творческой активности, которую проявлял писатель в этот период.
В 1883–1886 годах выходит первое восьмитомное Собрание сочинений Успенского. Это был отчет художника почти за 25 лет литературной деятельности. Работа Успенского над Собранием сочинений — образец глубоко творческого, взыскательного отношения большого художника к своим произведениям. Издание Собрания сочинений писателя-демократа было с одобрением встречено широкими прогрессивными кругами читателей, в том числе читателями из народа. Когда в 1887 году общественность тепло отметила 25-летие литературной деятельности Успенского, писатель был особенно тронут коллективным письмом к нему тифлисских рабочих. В письме в Общество любителей российской словесности писатель справедливо отмечал этот факт как "радостное указание" на "массы нового, грядущего читателя, нового, свежего "любителя словесности".
Начиная с 1883 года, Успенский предпринимает серию поездок по России и частью за пределы ее с целью изучения новых явлений действительности. Произведения писателя последующих лет являлись результатом пристальных наблюдений и глубоких раздумий художника-реалиста над фактами и событиями, связанными с развитием капитализма в России. Одним из ярких художественных обобщений, созданных Успенским в 80-е годы, является собирательный образ "господина Купона" как воплощения черт капиталистической цивилизации, все более победно шествовавшей по России.
Слово "купон", служившее обозначением платежного средства, стало в творчестве Успенского образной формулой буржуазных общественных отношений. В 1882 году в очерке "С человеком — тихо!" ("Бог грехам терпит") Успенский с метким сарказмом характеризует колониальную политику капиталистов: "Прежде всякая драка начиналась непременно во имя какого-нибудь высшего интереса, высшей цели… Ничего этого нет в данном случае… В Англии вздорожали "съестные припасы"… нужны деньги, феллах не платит; и вот английские купцы посылают флот с пушками и начинают выбивать недоимку из мужиков Египетской губернии. Заряжают пушки, палят — палят день, два — и посылают парламентера, у которого на знамени написано; "Отдай апрельский купон в два с полтиной!..", "Отдай купон, не то убью"; а что касается там какого-то твоего "личного" счастья, какого-то национального достоинства, каких-то семейных и общественных обязанностей, каких-то умственных и нравственных недоумений, жизненных задач — наплевать!" (Подчеркнуто нами. — В. Д., Н. С.). "Война за купон" — вот смысл колониальной политики капитализма. Купонные интересы, по наблюдению Успенского, все более господствуют и в русской пореформенной действительности.