Касательно грядущего крестового похода на Османов. Рекомендую пересмотреть решение о вливании в общую массу войск крестоносцев. Следует разработать план по захвату Святой Земли раньше испанцев. Конечно, Филипп II Ваш родственник, но Империя превыше всего, Ваше Превосходительство. Испанцы пожнут свою славу на Балканах, разгромив армию османов, а Вы, именно Вы, станете освободителем Святой Земли и Святого Града. Следует использовать Венецию и торговые корабли, чтобы переправить имперскую армию на Землю Обетованную, именно в тот момент, когда вся мощь османской державы будет связана войной с остальными крестоносцами. Для оправдания такого поступка следует устроить какую-то уважительную неурядицу, возможно ложное покушение на Ваше Превосходительство, которое на короткое время парализует аппарат власти, скажем, на месяц-два, на которые вы запретите пяти лояльным княжествам передавать ополчение крестоносцам, чтобы в нужный момент Вы смогли отправить их в Венецию. Брат Иеремия подготовил отчёт о силах турков в Святой Земле, двадцати тысяч солдат будет достаточно, чтобы закрепиться. Затем можно будет организовать подкрепления и бесперебойное снабжение. Нам очень повезло, так как испанцы собираются обеспечить тотальное доминирование в море, чтобы беспрепятственно пересечь Босфорский пролив, поэтому сложностей с морской перевозкой не возникнет. Испания не станет мешать, тем более тогда, когда мы обеспечим поддержку от Папы, но придётся пойти на кое-какие уступки в инвеституре[67]. Это всё несущественно, по сравнению с теми уступками, на которые пойдет Ватикан, когда Вы завладеете Святой Землёй и начнёте делить территории.
Касательно вашего августейшего брата, Филиппа II. Могущество его державы не подлежит сомнению, но сделать нам он ничего не сможет, так как французы его точно не пропустят, даже для того, чтобы его армия вступила в конфликт с нами. К тому же, независимо от исхода крестового похода, армии будут истощены и не способны к ведению войны. Ему придётся спустить нам эту вольность в понимании главы похода.
С превеликим уважением и почтением, рекомендую принять разработанный мной и братьями план.
Епископ Зигмунд. Вена. 13.12.1588
— Ха-ха! Не представляю даже рожу Филиппа, когда он узнает! — император Рудольф II рассмеялся звонким смехом. — Иезуиты… коварные вы монахи, однако!
Император дал знак доверенному писарю. Тот взялся за принадлежности и приготовился писать.
— Пиши, Арнольд. — император откинулся в кресле за рабочим столом. — Волею императорской, повелеваю…
*Лондон. 20 декабря 1588 года*
Осада. Елизавета подчистую проигралась. Она это прекрасно понимала. У власти удержаться не удастся, испанцы обезглавят её, или сожгут на костре, а перед этим будут пытать.
Ей предложили решение. Она колебалась. Соблазнительно, но как можно бросить страну?
— Ваше Величество, нет уже никакой страны! — в который раз ответил на её риторический вопрос Уолтер Рэли. — Испанцы чего-то ждут, но тем самым дают нам шанс уйти! Брандеры готовы, мы прорвём блокаду реки и выйдем в открытое море!
Елизавета раздумывала. Спасение или честь? Она обещала подданным, давала слово монарха. А её пытался убить человек из собственной свиты… Его подвергли повешению, потрошению и четвертованию, но плечо от этого меньше болеть не стало. Спасибо Джону Хокинсу, который прикрыл её от прямого выстрела, ценой своей жизни, он ослабил действие пули убийцы, но она всё равно ранила королеву. Хокинс был талантливым капитаном, потопил немало испанцев… и если она останется, его жертва будет напрасна. Решено.
— Действуйте, сэр Рэли. — сказала она.
Её отвезли в Королевские доки, где она взошла на флагман королевского флота, "Дредноут", которым управлял сам Уолтер Рэли. На галеоны погрузили всю свиту, припасы, золото, ценности, произведения искусства, оружие и ценные документы. Всё, что не поместилось в эти сорок кораблей, было оставлено. Королевские регалии Елизавета поместила в свою каюту. Десяток старых каракк начинили порохом под завязку. Самые храбрые моряки направили их на блокирующих выход из Темзы испанцев.
Испанцы в панике начали отворачивать, боясь быть уничтоженными взрывающимися пороховыми монстрами. Этим воспользовались боевые каравеллы, обстрелявшие их книппелями, частично разрушившими такелаж нескольких кораблей. Через брешь в блокаде прошел весь флот, попутно обстреливая из всех орудий потерявшие часть хода галеоны.
67
Инвеститура — давний срач между Ватиканом и СРИ, о назначении епископов и аббатов с прелатами. До определенного времени это право было за императором, но потом Папаша усилися и отжал у него часть прав. Здесь епископ предложил пожертвовать сущей ерундой, ради получения поддержки в деле достижения вечной славы.