Как бы то ни было, дело Хогарта пришло к промежуточному завершению. Стене Форман продолжал шантаж до тех пор, пока не осознал, что достиг предела. В последний раз он обменял материал на деньги Стернера после выборов семьдесят девятого года, когда стало ясно, что промышленник не достигнет особо значительного положения в политике. Кроме того, вскоре он переместил основной фронт своей деятельности за границу — преимущественно в Лондон.
Некоторое время за Стене Форманом следили, пока «не оставили на произвол судьбы, поелику он окончательно образумился…» Так могло показаться, когда Форман вышел на еще одного друга юности по имени Роджер Браун, который занялся организацией движения под названием «Секонд-хэнд для третьего мира». Журналистское прошлое Стене Формана обеспечило его контактами, которыми он теперь пользовался. Направленность «СХТМ» на международную деятельность подразумевала необходимость наладить каналы с помощью нужных институтов власти. Это означало тесные связи с министерством иностранных дел, советом по торговле и внимание к интересам организации СИДА, занимающейся международной поддержкой. Форман и Браун нередко вращались в тех кругах. В стране появилось новое буржуазное правительство, но в администрации по-прежнему было много старых чиновников. И Браун, и Форман в прошлом держались левого фланга, и теперь везде умели найти прореху. Они умело находили болевые точки, «поскольку у обоих было немало таковых, и оба хорошо знали, как их скрывать».
Браун и Форман стали отлично разбираться в вопросах экспорта — в особенности в так называемых компенсационных сделках, иногда весьма чувствительных в политическом отношении для обеих сторон. Старым товарищам пришлось переработать довольно много информации, в том числе и лишней, не имевшей прямого отношения к их собственным делам, но пригодной для использования в дальнейшем.
Ход событий от начала до конца остался неясным, но в какой-то момент Стене Форман познакомился с некоей дамой, секретарем Государственной инспекции по стратегической продукции. Это могло произойти в столовой, в коридоре, в приемной, где угодно в административных кварталах Русенбада. Однако известно, что встреча была спонтанной и незапланированной, случайной — иными словами, это была одна из встреч между мужчиной и женщиной, которые, увидев друг друга в первый раз, немедленно понимают, что он ни в коем случае не должен оказаться последним.
Секретарь была вне подозрений — «заурядная, замужняя, но, возможно, несчастная в браке женщина, безупречная сотрудница…» — но теперь, влюбленная в мужчину на пять лет моложе себя, согретая вниманием… Ни у кого из чиновников не было причин сомневаться в искренности этой любви, даже со стороны Стене Формана. Он был моложе, хорош собой и неплохо зарабатывал: считалось, что он «воспылал страстью», без расчета и особых намерений.
Отношения продолжались долго, но были строго засекречены, как вдруг луч прожектора осветил Государственную инспекцию, где трудилась секретарь, — тот же луч, что разоблачил «Буфорс».[32] Речь шла о нелегальном экспорте оружия. Хорошо осведомленные персоны, имеющие доступ к внутренней информации, сделали публичные заявления. Несколько гаубиц были направлены в Иран, политически неуместному и юридически невозможному партнеру. Поскольку экспорт оружия из Швеции был запрещен в принципе, то все оружие из Швеции экспортировали в виде исключения. Чтобы получить право на экспорт в виде исключения, необходимо было снабдить правительство информацией, которая убедительно доказывает, что страна-партнер ни при каких обстоятельствах не намерена оружие использовать.
Чтобы обойти эти ограничения, «Буфорс» стал акционером сингапурского предприятия, выступавшего в качестве покупателя и конечного приемщика поставляемой продукции — в данном случае полевых гаубиц с радиусом действия три с половиной километра. Для этого потребовались сложные манипуляции с бумагами, которых требовали контролирующие инстанции — Государственная инспекция и, в конечном счете, правительство. В качестве дальнейших намерений указывалась поставка данного вооружения из Сингапура, к примеру, в Иран.
32
Шведское предприятие, печально прославившееся незаконными сделками в области вооружения.