— В это просто невозможно поверить!
— Мой инструмент дает возможность приближать наблюдаемый объект. Подобные линзы из стекла, оказывается, обладают таким свойством. У меня родилась эта мысль, когда я сам стал пользоваться очками. Ну и с небольшой помощью Ибн аль-Хайтама, его труда по оптике «Китаб альманазир», — со всей скромностью заметил ученый. — Когда вы используете линзы сами по себе, они не имеют много силы, но, будучи примененными вместе — одна расположена перед другой, — о, это уже совсем другое дело. Вы сами видите, какими мощными они стали.
— Невероятная вещь. — Пол снова прильнул к окуляру. — Совершенно неправдоподобная! На какое же расстояние они способны приблизить объект к наблюдателю?
— По моим оценкам, он становится примерно в двадцать раз ближе. — Джамаль пожал плечами. — Возможно, даже несколько больше.
— Следовательно, тот сияющий ночной небосклон, который предстает нашим глазам, на самом деле является скопищем звезд, — пробормотал почти про себя Пиндар, все еще не в силах оторваться от подзорной трубы. — Это невообразимо!
— Я видел много таких вещей, которым вы и поверить не могли бы, Пол.
— Рассматривали луну?
— Ну конечно же и луну. И Венеру. С помощью вот этого инструмента мне удалось установить и вычислить фазы Венеры, которые у нее, подобно фазам Луны, сменяют друг друга. И я вам их покажу.
Пол отложил инструмент, отошел в сторону и потер уставшие глаза. Затем приблизился к балюстраде, ограждавшей крышу, и, подняв голову к небу, уперся взглядом в звездную Вселенную.
— Я начинаю думать, что ваш ученый, объявленный еретиком, не ошибался в своих предположениях об устройстве мира, — раздался за его спиной голос Джамаля.
— Николаус Коперникус?
— Да, да. То, что вы сами сегодня видели, больше всяких споров убеждает в том, что Вселенная много больше, чем мы полагали.
— И что вовсе не небо движется над нашими головами. — Пол быстро обернулся к нему. — Это мы сами движемся? Или нет?
— Почему же нет? Вполне возможно, что мой инструмент сможет это доказать. — Тут ученый метнул смеющийся взгляд в сторону англичанина. — До чего вы, христиане, любите упорствовать в своих воззрениях, как я однажды вам уже заметил.
Джамаль подошел и встал рядом с Полом, несколько мгновений они в согласном молчании взирали на звездное небо.
— Когда я впервые стал наблюдать за звездами, а это случилось много лет назад, — спустя какое-то время заговорил ученый, — моей задачей было составление небесных карт с указанными на них неподвижными звездами. Суть моей работы заключалась в том, чтобы научиться предсказывать движение Солнца, Луны и планет, а также время наступления таких событий, как солнечные и лунные затмения, противостояния, сближения,[71] равноденствия, солнцестояния и другие. Причины же, по которым они происходили, не должны были меня интересовать. Мне полагалось наблюдать за тем, как они происходят, но не размышлять над тем, почему это случается. Но теперь, — и он указал на подзорную трубу, — я не могу удовлетвориться простыми созерцаниями. Мне гораздо интересней доискиваться до причин явлений.
— И мне тоже, Джамаль, — прервал его Пол. — Я тоже стремлюсь видеть то, что скрыто за явлениями. Сегодня я видел такое, что не доводилось когда-либо видеть ни одному из моих соотечественников, и тем не менее… Понимаете, Джамаль, позвольте мне быть откровенным с вами, есть вещи, которые хоть и происходят прямо у меня под носом, но далеко не так понятны, как я бы того хотел. Прежде чем я уеду, я хотел бы узнать о них все, что можно.
— Прежде чем уедете?
— Она велела мне уезжать, Джамаль. Валиде-султан. Когда послезавтра наш «Гектор» поднимет паруса, мы, Керью и я, будем на его борту.
Джамаль глянул на него с нескрываемым сожалением.
— Как мне будет недоставать вас, Пол Пиндар-ага! Больше, чем я мог бы выразить словами.
— Что это? Вы не удивлены? Даже не собираетесь спросить у меня, почему она заставляет меня уехать?
— Думаю, мы оба знаем ответ на этот вопрос, не так ли?
Произнося эти слова, астроном словно невзначай накинул на голову капюшон и лицо его оказалось в тени. У Пола внезапно возникло тревожное ощущение, что собеседник его вдруг стал чужим и строгим.
— Что с вами случилось, Пол? — Джамаль сделал шаг к нему. — Вы так странно смотрите на меня.
— Странно? Я? — Тот инстинктивно отступил назад. — Похоже, что сейчас я столкнулся с загадкой, ответ на которую найти не могу. Кто вы на самом деле, Джамаль?