— Откуда... Как вы узнали?.. — растерялась девочка.
— О-хо-хо, детка, — прошамкала колдунья. — Узнать-то несложно... Вот уберечь такого смельчака, как король Гарольд, будет потрудней... Ох, потрудней...
Она вынула из-под передника маленькие деревянные палочки, на которых были выжжены рунические надписи, и подбросила их в воздух. Палочки причудливо рассыпались по земляному полу. Старуха присела и стала внимательно изучать их расположение.
— Неладно! Ох, неладно! — наконец промолвила она.
Тяжело поднявшись, колдунья прошла в угол и стала рыться в куче тряпья. Айя и Хильда с тревогой наблюдали за ней.
— Да где ж он? — ворчала старуха. Наконец она нашла то, что искала, и вернулась к очагу. Разжав сухонький кулачок, она пристально поглядела на предмет, лежавший на ладони. Это был кристалл кварца.
Колдунья сняла с очага чан и бросила что-то в огонь. Словно подстёгнутое плетью, пламя взвилось вверх, осветив пришельцев.
Старуха подняла руку с кристаллом над головой и стала произносить заклинания. Вновь в огонь полетела какая-то смесь, и вновь он вскинулся, как норовистая лошадь. Не переставая произносить заклинания, Рэя начала кружиться на месте. Затем внезапно остановилась и уставилась в пространство. Принцесса и няня затаили дыхание.
— О, Перхта[35]! О, великий Вотан! О, Тор-громовержец! — разносилось по хижине. — Взываю к вам!.. Помогите Гарольду! Укрепите его руку! Закройте от стрел, копий и мечей!..
Старуха произносила заклинания долго. У принцессы и Хильды затекли ноги, но они не смели пошевелиться. Вдруг колдунья замолчала, глубокая складка прорезала её лоб.
— О-хо-хо! — дети мои. — О-хо-хо! Тяжкие испытания ждут нашего короля!.. Ох, тяжкие!.. Вижу измену в его доме!
Айя смотрела на неё расширенными от ужаса и полными слёз глазами. Старуха встретилась с ней взглядом и тяжело вздохнула. Она как будто внезапно постарела. Тряся головой, колдунья уставилась на огонь и негромко спросила:
— Дух огня! Что мне делать? Как смягчить богов?
Долго смотрела колдунья на огонь. Затем встрепенулась, подошла к стене, сняла с полки маленькую мисочку и нож, вернулась к очагу и тихо прошептала:
— Подойди сюда.
Принцесса приблизилась.
— Чем ты готова пожертвовать, чтоб спасти отца?
— Всем, чем угодно! — не задумываясь, ответила девочка.
— И жизнью? — зловеще спросила колдунья.
— И жизнью! — Айя гордо выпрямилась, став удивительно похожей на своего отца.
— С такой дочерью Гарольд может ничего не бояться! — удовлетворённо произнесла старуха. — Протяни руку... Будет больно... Потерпишь?
— Делайте всё, что угодно, бабушка. — Айя была невозмутима.
— Что это ты удумала, старая ведьма?! — перепуганная Хильда бросилась к ним.
— Не подходи, Хильдегарда! — гневно вскричала Айя.
Няня остановилась как вкопанная и в немой мольбе прижала к груди руки. Старуха мрачно глянула на неё. Кряхтя и покачивая головой, она взяла нежную ручку девочки и сделала небольшой надрез на предплечье. Алая кровь закапала в мисочку. Хильда в ужасе закрыла глаза, Айя не проронила ни звука.
— О боги... Примите эту жертву, — чуть слышно произнесла колдунья. Она поставила мисочку на край очага, взяла руку девочки и что-то зашептала. Кровь мгновенно прекратила течь.
После этого старуха нагнулась над мисочкой и стала её разглядывать.
— Слава Вотану! — радостно прошамкала она. — Боги приняли нашу жертву!
Айя и Хильда облегчённо вздохнули и заулыбались. Тем временем колдунья вынула из-под передника тёмно-зелёный с красными крапинками камешек и произнесла над ним заклинание. Она добавила зубчик чеснока и немного соли, завернула всё в чистую тряпицу и обратилась к принцессе:
— Возьми это, дитя моё. Зашей в ладанку и повесь на шею отцу, когда он отправится на войну... И ни меч, ни копьё, ни стрела не смогут поразить его.
— Спасибо, бабушка! — радостно воскликнула девочка и, схватив свёрточек, с жаром поцеловала его.
— Не торопись, — добродушно усмехнулась старуха. — Тебя тоже ждут нелёгкие испытания!.. Поэтому я тебя очищу и укреплю.
Она налила в оловянную миску воды и вновь зашептала заклинания, то глядя в глаза девочки, то опуская взор к поверхности воды. Проделав так три раза, колдунья обернулась к Хильде и строго произнесла:
— Подойди сюда и раздень девочку.
Хильда повиновалась.
— Какая ты ладненькая и славненькая, — заулыбалась старуха. Поблескивая нежным, белым тельцем, Айя во все глаза следила за ней.
Колдунья положила в маленькую плошку кусочек воска и растопила его на огне. Вылив воск в воду, она подошла к принцессе, подняла миску над её головой и что-то зашептала. Время от времени она проводила миской вдоль тела девочки, затем, поднеся ко рту, приказала:
— Сделай три глотка, дитя моё.
Айя повиновалась.
Затем старуха обмыла девочку водой, нашёптывая заклинания. Когда с этим было покончено, она разрешила принцессе одеться.
— Всё, дети мои. Теперь ступайте с миром, — устало произнесла колдунья.
Хильда протянула несколько монет.
— Убери, дочка, — покачала та головой.
Ощущая необыкновенную лёгкость во всём теле, Айя вышла из хижины. Солнечный свет на мгновение ослепил её, девочка замерла у дверей и прикрыла глаза. Заждавшиеся телохранители схватились за мечи.
— Всё в порядке! — успокоила Хильда. Принцесса повернулась к стоявшей на пороге колдунье и с чувством воскликнула:
— Спасибо за всё, бабушка! Храни вас Господь!
Старуха ласково улыбнулась ей в ответ. Затем, став серьёзной, она подняла вверх палец и торжественно произнесла:
— Запомни, дитя моё! Во время битвы ладанка должна быть на шее! Иначе она потеряет силу!
Глава 36
ПЕРВЫЙ ХВОСТ КОМЕТЫ
Жизнь англо-саксов текла обычным чередом. О комете стали было забывать, как вдруг она напомнила о себе. У кометы было три огненных хвоста и вот землю опалил первый из них — в Англию неожиданно вторгся Тостиг.
Граф достаточно успел поколесить по свету. Он набрал во Фландрии наёмников, после чего направился в Данию, дабы склонить короля Свена на свою сторону. Однако осторожный Свен, предуведомленный Гарольдом и сестрой, старой Гитой, не стал ввязываться в свару. Как ни уговаривал его Тостиг, как ни прельщал, всё было тщетно. Недовольный племянник вынужден был убраться несолоно хлебавши — дядя не дал ему ни одного корабля. Напротив, он послал в Англию письмо, в коем сообщал о замыслах Тостига и обещал Гарольду свою военную помощь. Ни с чем покинув Данию, граф отправился в Норвегию.
Король норвежцев меж тем продолжал обдумывать план вторжения в Англию. Он был прекрасно осведомлен о намерениях Вильгельма и Тостига, ибо, как известно, его русская супруга доводилась родной сестрой вдовствующей французской королеве Анне. Получая сведения из первых рук, король-викинг ждал, пока Вильгельм и Гарольд сойдутся в смертельном поединке на юге страны, оставив ему в качестве плацдарма для вторжения беззащитный север.
Несмотря на кажущуюся медлительность, Гардрада был крайне опасен, ибо имел огромный боевой опыт и в случае необходимости мог собрать мощное войско, ядро которого составляла его верная дружина. Тостиг направился к нему и не потерял времени даром. Два искателя приключений быстро договорились. Граф убедил норвежца нанести удар вместе с Вильгельмом. Гардрада, обдумав ситуацию, согласился с доводами. Вернее, сделал вид, что согласился, ибо не собирался уступать вожделенный остров, во всяком случае, его северную часть, самоуверенному норманну. Однако Тостиг не стал дожидаться, пока Гардрада соберёт свои дружины и подготовит флот. Он разместил наёмников на норманнских и норвежских кораблях и отправился в Англию.
Приплыв на родину, граф высадился на острове Уайт.