Выбрать главу

Владимир Гуга ИСТОРИЧЕСКОЕ ЧАЕПИТИЕ

16 февраля состоялась встреча Владимира Владимировича Путина с хэдлайнерами нового поколения, представляющими голос молодых писателей.

Ничего, что некоторым из делегатов без пяти минут сороковник – ведь, как известно, главное, чтобы молодой писатель "был молод душой".

Трудно передать пылкую дерзость вопросов, поднятых молодёжью за неформальным чаепитием.

Разговор зашёл о самом наболевшем: обо всех "неправительственных организациях", существующих на деньги иностранных шпионов, о проколах британской разведки, о возможности государственного заказа в литературе, о (прямота и непредсказуемость гостей поражает воображение) национальной идее России и проблеме бритоголовых.

Правда, острый диалог власти и творческого авангарда был немного омрачен радикальными, некорректными вопросами Захара Прилепина, видимо по ошибке допущенного в Ново-Огарево, поинтересовавшегося амнистией политических заключенных, союзом с Белоруссией, отношениями с Грузией, стабилизацией жизни в Чечне, социальным обеспечением граждан.

И даже на эти, фактически провокационные, вопросы Президент ответил прямо и спокойно: Грузия и Белоруссия получают то, что заслуживают, путь, выбранный для стабилизации в Чечне – единственно возможный, а рост расходов бюджета, увы, превышает рост экономики.

Ну, наконец-то, благодаря молодым писателям, мы узнали о точке зрения Путина!

А на вопрос о национальной идее президент честно ответил: "Я действительно думал на эту тему и ничего хорошего пока не придумал".

Владимир Владимирович с достоинством выдержал нападки экстремиста Прилепина.

Хорошо еще, что национал-большевистский молодчик не додумался спросить что-нибудь о стабилизационном фонде, хранящемся в западных банках, чиновничьем терроре, коррупции, двойных стандартах.

Уф-ф… Бог миловал. И правильно, что после встречи лишь один из писателей пожал руку выскочке.

Поделом ему!

Важнейшие, наболевшие темы были подняты на исторической встрече.

Ребята хорошо подготовились и не докучали Владимиру Владимировичу всякими мелочными, детскими вопросами, типа: можно ли считать государство отчизной, если первый указ вновь избранного Президента – это указ о гарантиях неприкосновенности Президента предыдущего?

А вообще, существует ли Родина, если легко отменяется присяга другой Родине?

А население?

Нужно ли оно власти, если очень выгодно, с точки зрения здравого, рационального смысла, превратить российские просторы в ресурсный придаток и полигон для захоронения радиоактивных отходов.

Один из присутствующих литераторов назвал встречу в Ново-Огарево "лекцией для двоечников".

Ну, что ж… Учиться конформизму никогда не поздно.

Отличные оценки – впереди!

Станислав Золотцев "ОГНЕЛЮБЫ"

"Сибирские огни": старейший, но не стареющий журнал.

...Сначала – глянем на Россию глазами писателя-историка. Герой его романа, по должности обязанный всё примечать, вот что приметил, проделав путь от Тобольска до Москвы:

"И в самом деле, что за чудо – город Москва? Какой уж век рот твой разинут и ненасытен! Ещё ни разу ты не поперхнулась соболиной шкуркой, всё глотаешь и глотаешь... А теперь вот ещё один подсвинок народился и крепчает обжорством – Питер! Попрожорливей матки становится..."

Знакомый мотив, не правда ли? Можно даже оказать – актуальный. Но не спешите подозревать автора романа, повествующего о поздних петровских временах, в "осовременивании" изображения, ничуть. Роман "Князь-раб" барнаульца Александра Родионова (вторая книга его же романа "Азъ грешный", удостоенного премии им. В.М. Шукшина) живописует именно начало 18-го века, и создавался он на основании множества "перелопаченных" автором исторических документов и хроник немало лет, задолго до появления "питерского фактора" в нынешней государственной жизни. Не в "параллелях" дело, и не надо скороспелых выводов вроде – "ничего не меняется на Руси". Изменяется-то как раз даже слишком многое, – но есть, однако, такая вещь, как природа. Людская... Тот же герой романа "Князь-раб" свидетельствует, ибо он "в том путешествии почувствовал всю природную огромность российскую. Но даже и её, этой огромности, не хватает, чтобы растворить и истребить половодьем, бурей, морозом всю ущербность человеческой натуры".