Выбрать главу

Это социальная мимикрия под "истинную оппозицию режиму" и "выразителей народных чаяний". Здесь можно, конечно, посмеяться над тем, как лидеры единороссов, поголовно перебывавшие сначала в советской Компартии, а затем во всех либеральных тусовках и ельцинских "обоймах", обещают создать "партию нового типа", которая "отбросит трагический опыт КПСС и не повторит ошибок девяностых". Интереснее другое. Мы становимся свидетелями, пожалуй, уникального в современной истории явления, когда люди, повышающие тарифы, увеличивающие налоги, добивающие промышленность, гнобящие малый бизнес, торгующие интересами страны, распродающие землю, присвоившие себе недра, проваливающие отопительный сезон и срок паводков, переходят в оппозицию к самим себе и становятся выразителями народного протеста против всех этих бед. Недавно Путин уже прямо порекомендовал измученному ростом тарифов населению обращаться с жалобами на проклятых чиновников именно в "Единую Россию", состоящую как раз из этих чиновников. Призыву добавляет пикантности появление в конфиденциальной единороссовской смете расходов на проведение сбора подписей против повышения тарифов пункта "Работа с органами власти": на это святое дело планируется истратить 107500 у. е. Чиновники платят чиновникам ради борьбы с чиновниками… Всего же на это благое дело "Единая Россия" планирует израсходовать 3187500 у. е. Чего не сделаешь ради борьбы с тарифами — тем более, если сам их повышаешь!

Это создание разнообразных "ложных политических целей" для раскола патриотического электората плюс персональная работа с отдельными политическими фигурами. В стройных рядах оппозиции уже не раз звучали тревожные вопросы: "чем завершится семигинское дело?", "так ли необходимо было создание НДПР?", "насколько прочен союз Зюганова и Глазьева?" и "чем займется Лимонов, если его летом выпустят из тюрьмы?". И вряд ли в коммунистических рядах найдется человек, способный однозначно ответить на каждый из этих вопросов.

Наконец, это использование технологий социальной инженерии, в том числе провокационных, не только влияющих на общественное мнение, но и создающих дополнительные рычаги воздействия на политическое поле России и общество в целом: изменение законодательства, разнообразные экономические "санкции" в отношении различных групп населения, активизация или прекращение боевых действий в Чечне, слияние или ликвидация силовых министерств, заведение или прекращение громких уголовных дел, внешнеполитические "пуки" и т. д.

Разумеется, патриотическая оппозиция практически лишена возможности оперировать хотя бы одной из этих предвыборных методик. Они выглядят настолько эффективными, что кажется, будто Компартия и НПСР обречены на декабрьское поражение, даже несмотря на все усиливающиеся протестные настроения в обществе. Казалось бы, нам остается лишь горевать над тем, как точно и результативно применяет эти методики Кремль, всякий раз оставаясь на шаг впереди оппозиции в двенадцатилетней политической гонке.

И все же, как ни парадоксально, в сердцевине всей этой мощи кремлевская политическая стратегия имеет важный методологический недостаток, который рискует стать для единороссов фатальным.

Дело в том, что их слишком много. Они апеллируют ко всем без исключения слоям населения. Они хотят, чтобы членом "Единой России" стал каждый гражданин страны. Проводись выборы во всей Вселенной, они собирали бы подписи даже там, где царит абсолютный ноль. Любая индивидуальность — от известного артиста до боевого генерала — попадая в этот бульон, превращается в вареную картошку, теряет имя, приобщается к серой котлетной массе. "Единая Россия", размазываясь по стране, словно по бутерброду, стремится к бесконечности, превращается в квантор общности, хочет объять весь мир.

Но "чем гуще трава, тем легче косить". Однополярный мир — весьма неустойчивая конструкция, а однопартийная система всегда кончается крахом. Бесконечная система не может быть логически непротиворечивой. В этой безграничной коллосальности — ахиллесова пята "Единой России", в которую компактный, волевой НПСР должен нанести смертельный удар.