Нацистский режим методично организовывал культурную жизнь немецкого общества и полностью контролировал ее. По мере прихода партии к власти Геббельс взял на себя контроль над культурой в Германии, и уже в 1933 году он создал Палату культуры Рейха (Reichskulturkammer). Палата занималась контролем художественной деятельности в соответствии с политикой режима. По его словам, после прихода к власти нацисты должны были позаботиться о «культурном хаосе», который окружал Веймарскую республику. Связь между искусством и политикой в нацистской Германии была хорошо заметна, например, в операции по конфискации «дегенеративного» искусства, которую нацисты провели в 1937 году. Культура была первой сферой, из которой массово изгоняли евреев.[190] Kulturpolitik была важным компонентом немецкой традиции еще до прихода нацистов к власти. Национальные круги восприняли ее как выражение превосходства арийской расы над другими, неполноценными народами, в основном евреями.[191] Пример корней этой идеи и заботы о будущем существовании немецкой культуры можно увидеть в письме Мартина Бормана, которое он написал своей жене в конце войны: «Тот, кто все еще верит, что у нас есть шанс, — большой оптимист! А мы именно такие! Я просто не могу поверить, что судьба поставила нашего фюрера и нашу великую нацию на этот путь только для того, чтобы теперь оставить нас и увидеть, как мы исчезнем навсегда… это означает уничтожение всего, что когда-либо создала культура и цивилизация». Вместо «Мейстерзингеров» нам придется смотреть джазовые шоу».[192]
Музыка также находилась в ведении Министерства пропаганды. Композитор Рихард Штраус (1846–1949) был назначен директором Музыкальной палаты (Reichsmusikkammer). В 1935 году гестапо обнаружило письмо Штрауса в поддержку его друга, еврейского писателя Стефана Цвейга. После этого Штраус был уволен со своей должности. «Это отвратительно, что он писал еврею», — прокомментировал Геббельс.
В 1927 году журналистский магнат и глава националистической правой партии DNVP-Deutschnationale Volkspartei-Альфред Хугенберг (1856–1951), прозванный «Царем прессы» («Pressezar»), приобрел самую известную в то время кинокомпанию Германии Universum Film AG (UFA). После этого шага деятельность нацистской партии становилась все более доступной для немецкой публики благодаря показу все большего количества пропагандистских фильмов. Ведомство Геббельса занималось производством разнообразных фильмов: художественных, документальных, короткометражных и т. д. Сразу после захвата власти нацистами была создана Кинопалата Рейха, которую возглавил Карл Фрёлих. И Гитлер, и Геббельс любили это средство массовой информации, смотрели много фильмов и обсуждали их. Они утверждали, что евреи контролируют американскую киноиндустрию и боялись, что она повлияет на немецкую. Поэтому с июля 1933 года они начали «арианизацию» киноиндустрии и ее подчинение целям Рейха. Особый контроль был установлен за сценариями и их авторами.[193] В 1933–1945 годах в Германии было снято 1086 фильмов, из которых лишь небольшая часть относилась к категории сугубо пропагандистских. Около половины из них были романтическими фильмами или комедиями, четверть — триллерами или мюзиклами. Это указывает на то, какое значение Геббельс придавал развлечению масс во время войны. В начале 1941 года он заявил, что для ведения войны необходимо поддерживать у людей приподнятое настроение, а этого можно добиться с помощью культуры и развлечений.
191
В этой связи следует упомянуть знаменитое эссе Рихарда Вагнера «Иудаизм в музыке» (
193
Дэвид Вайнберг, «Подходы к изучению кино в Третьем рейхе: A Critical Appraisal»