«Это — тем, которые боятся Господа своего»[163], [боятся] быть Им, зная различенность (тамиййз). Нам на это указывает неведение бытийствующих воплощенностей относительно того, что изложено знающими. Итак, случилась различенность рабов, и случилась различенность господов. Не будь сей различенности, божественное имя «Единый» было бы во всем истолковано так же, как и «Конечный». И «Возвышающий» может быть понят так же, как «Унижающий», только в таком же случае. Но с точки зрения Единичности оно (это имя. — А.С.) — как мы то: скажем о всяком имени — указует и на Самость (Бога. — А.С.), и на истинность свою, поскольку оно есть оно. Ведь Именуемый Един, и Возвышающий есть Унижающий со стороны Именуемого, но Возвышающий не есть Унижающий со стороны себя самого и истинности своей, ибо каждое из них понимается различно:
Славословится верность обещаниям, а не угрозам. Уготовление божественное требует славословия Самости, и Он славословит ее, выполняя обещания, а не угрозы, более того, прощая. «Не думай, [94] что Бог не исполнит обещания Своего, данного чрез Своих посланников»[164]; не сказал Он «и угрозы Своей», напротив, «Он прощает злые дела их»[165], хотя и грозил за них наказанием. И Он славословил Исмаила за его верность обещаниям[166]. Так исчезла у Бога возможность (имкан) вследствие необходимости решающего перевеса, здесь требуемого.
8. Гемма мудрости духовной в слове Иакова
Религия двойственна: есть религия у Бога и у тех, кого ознакомил Всевышний Бог, а также у тех, кого ознакомили те, кого ознакомил Бог; и есть религия у Творения, и принял ее во внимание Бог. Именно ту религию, что у Бога, и избрал Бог, поставив ее на ступень высшую по сравнению религией Творения. Ведь Всевышний сказал: «Завещал сие сынам своим и Авраам, и Иаков: Сыны мои! Бог избрал для вас религию; умрите же мусульманами»[167], — то есть Ему повинующимися[168]. Слово «религия» употреблено здесь с алифом и лямом[169] для точного обозначения и принесения обета, ибо религия сия известна и ведома, как о том сказал Всевышний: «Та религия, что у Бога, — ислам»[170], а именно — повиновение. Так что сия религия есть повиновение твое. А от Всевышнего Бога — Законоустановление, которому ты и повинуешься. Итак, сия религия есть повиновение, а Закон (намус) — Законоуложение (шар'), установленное Всевышним Богом. Посему, кто проявляет повиновение Законоустановленному для него Богом, тот отправляет религию (как отправляют молитву), то есть осуществляет ее. Осуществляет — значит устрояет (анша'а); таким образом, раб есть устроитель (мунши') религии, Бог же — Нормоуложитель. Повиновение — само твое деяние, поэтому и религия [95] — от деяния твоего, и осчастливлен ты не чем иным, как тем, что от тебя. Как деяние твое за тобой счастье закрепило, так и божественные имена утверждены действиями Его, никак не иначе, а сии действия — ты, они — возникшее. И вот по воздействиям Своим Он назван Богом, а ты по воздействиям своим назван счастливым. Так Бог ставит тебя в положение, подобное положению Своему, когда ты отправляешь религию и следуешь законоустановленному для тебя. С Божьей помощью я изложу, что вижу в сем полезного, но после того как разъясним мы ту религию, что у Творения м что принял во внимание Бог.
Итак, вся религия — Божья, и вся она — от тебя, а не от Него, если не говорить об истоке. Всевышний Бог сказал: «А монашество они изобрели сами»[171], а оно — правовые установления (навамис хукмийя), кои не приносил людям от Бога никакой известный пророк особым, в Законах известным способом. Поскольку же сия мудрость и явленная в ней польза отвечала мудрости Божественной, заложенной в Божьем Закононачертании, то Бог расценил ее (мудрость монашества. — А.С.) наравне с тем, что от Него, Всевышнего, было законоустановлено, и не предписывал его (монашество. — А.С.) Бог им[172]. Растворив двери заботы и милости, что меж Ним и сердцами их, да так, что они и не почувствовали, Он возвеличил в сердцах их ими законоустановленное, коим стремились снискать они довольство Бога путем, отличным от пути пророков, известного как Божественное объяснение. И сказал Он: «Не усердствовали они», — те, кто законоустановил сие[173] и кому сие было законоустановлено, — «должным образом» «кроме как для того, чтобы снискать довольство Бога»[174], и этого убеждения они держались; потому «тем из них, кто уверовал» в него (монашество. — А.С.), «Мы даровали награду», «многие же из них», из тех, кому предписано было сие почитание и поклонение, «нечестивы», то есть не подчиняются и не осуществляют его должным образом. А кто сему не подчиняется, тот не подчиняется Законоустановившему сие и не ищет Его довольства. Однако приказание предопределяет подчинение: это ясно из того, что получивший [приказание] (мукалляф) либо следует [ему], будучи согласен [с ним], либо нарушает [его]. О согласившемся [с приказанием] и подчинившемся речи нет, ибо это ясно; нарушивший же получит от Бога одно из двух: либо будет прощен, либо [96] сие будет вменено ему в вину; одно из двух неизбежно последует, поскольку приказание есть истина (хакк) сама по себе.
163
Коран, 98:8, С. Этот аят — непосредственное продолжение предыдущего; трактовка его Ибн Араби не имеет ничего общего с кораническим смыслом.
166
Аллюзия на аят: «В этом Писании вспомяни об Исмаиле. Он был верен в исполнении своего обещания...» (Коран, 19:54, С.)
168
Арабское слово
172
Здесь и ниже Ибн Араби, толкуя 27-й аят 57-й суры, придает ему смысл, обратный кораническому. Для удобства сравнения приведем этот аят: «Мы послали ... Иисуса, сына Марии, даровав ему Евангелие, и вложили в сердца тех, что за ним последовали, кротость и милосердие; монашество же они изобрели сами, Мы не предписывали им его, а [предписывали] только искать довольство Бога. Но они в сем должным образом не усердствовали, а тем из них, кто уверовал, Мы даровали награду, многие же из них нечестивы».
173
Коран, 57:27. В Коране местоимение «в сем» относится к Божественным установлениям, но Ибн Араби относит его к «монашеству», трактуя это понятие здесь расширительно, понимая под ним в числе прочего и суфизм.