Моя известность простиралась гораздо дальше, чем мне представлялось. В 1976 году я оказался за одним столом с лейбористским министром по делам спорта Дэнисом Хауэллом и председателем правления клуба Мартином Эдвардсом [109], когда принял участие в заседании, посвященном проблеме футбольного хулиганства, которое проходило в Зале директоров на «Олд Траффорде». Я совершал выезды, сопровождавшиеся насилием, и обо мне писали в газетах как об одном из лидеров «красной армии». Поэтому, когда Хауэлл прибыл на «Олд Траффорд» в день нашего матча с «Ливерпулем», в число участников совещания включили и меня вместе с соцработником Энди Дэвисом.
Хауэлл, приличия ради, поинтересовался моей точкой зрения на обсуждаемую проблему. И я рассказал ему, как путешествуют фанаты, как они все организовывают, ну и так далее. Эдварде же держался отстраненно. Похоже, ему все было до лампочки. Я понимал, что происходящее являлось ничем иным, как полной херней, но виду не показывал. Мы пили чай с печеньем, были вежливы, а потом, в 13.30, кое-кто из участников заседания вернулся на привычную территорию безумия.
Как только я дошел до начала Уоррик-роуд, вся улица взорвалась, потому что скаузеры сделали первый ход. Они вышли из поезда на «Оксфорд Роуд», а затем пересели на одну из местных трехвагонных электричек. Но мы успели это заметить. Теперь стало ясно, что произойдет далее. Скаузеры не рискнули бы вывалить на платформу, если с ними не было бы полиции. Они слишком хорошо знали, чем это могло для них закончиться. Следовало ожидать, что они выйдут раньше. Точно так и произошло, когда скаузеры рванули стоп-кран на дальнем конце моста. Однако мы уже приняли решение по мере их приближения. Кроме того, нас были тысячи, причем не только реальных бойцов, но и парней из «Бешеной армии» [110], или, как мы их попросту называли — «бешеных». Я взглянул на мост и увидел скаузеров, выскакивающих из дверей поезда. На путях оказалось человек двести.
Мы знали, что в любом случае им придется пересечь платформу, и потому пролезли под ней, а затем атаковали их через турникет. Камни летели в обе стороны и с моста. Полиция находилась где-то посередине, выкрикивая угрозы.
Наконец нас развели в тоннеле, но мы все равно набросились на них, как только они вышли наружу. Это было похоже на волны, накатывающиеся на берег и откатывающиеся обратно. Блокированные со всех сторон, скаузеры в панике закрывали головы и лица руками, а мы без устали молотили по ним. Они не могли сопротивляться, потому что оказались зажатыми в тиски. Спасибо, что хоть приехали. Большинство из них еле стояло на ногах, однако скаузеры держались вместе, не позволяя нам выцепить кого-то из их толпы.
Через какое-то время меня пригласили вместе с Энди Дэвисом в офис Хауэлла в Бирмингеме. Личный секретарь министра тоже был там. В жизни не видел такой роскоши: толстые кожаные кресла, огромный выбор алкоголя в баре, белый ковер, похожий на шкуру белого медведя. Я сидел, развалясь, в одном из кресел, потягивал бренди и рассуждал о проблемах «красной армии», равно как и об их разрешении. Мы болтали и болтали, а потом я обсудил услышанное с соцработником и воскликнул: «Им же все по херу!» Да и не стали бы наши плясать под чью-то дудку.
Что касается господина Эдварса и ему подобных, то до поры до времени я считал себя болельщиком, а не хулиганом и страстно хотел стать частью клуба, но клуб сторонился своих фанатов. Они его не интересовали. В итоге я остался с тем, что у меня было, — с улицей. Неужели руководство «Манчестер Юнайтед» не понимало, что болельщики оказывали влияние на ход матчей, особенно выездных, поднимая настроение своим футболистам?
Многих наших парней арестовывали, а некоторых даже неоднократно, но я пока что не подвергался арестам. Мое время пришло в день матча с «Арсеналом», если не ошибаюсь, в 1976 году. Дело было на Юстон-роуд, и мы гнались за ними по улице. Я заехал одному в челюсть, коп увидел это, но поймать меня не успел. Мы вернулись обратно на Юстон, где тот же самый полицейский подкарауливал нас на лестнице. Когда мы стали подниматься, он выскочил навстречу, заломил мне руку огрел, что есть силы, сзади, доставил в участок, и наконец я оказался в Клеркенвеллском суде.
Коп утверждал на слушании моего дела, что он арестовал меня в час дня. К несчастью для него, незадолго до задержания я беседовал с Крисом Лайтбауном, знакомым журналистом, который только что вышел из ливерпульского поезда. Полицейской истории моего ареста сильно мешало прибытие этого поезда — неувязка составляла целых 20 минут. Поэтому, когда Лайтбаун появился в суде и свидетельствовал в мою пользу, я был признан невиновным. Мы сразу же отправились в паб через дорогу, чтобы отпраздновать мое освобождение.
В 70-е годы копы были совсем другими. В добрые старые деньки они сами лезли в драку и месили всех подряд. И если тебя арестовывали, то обвинения выдвигались попросту смехотворные. Сегодня же они охотятся, соблюдая все правила, и в суде выступают очень серьезно, но их правая рука по-прежнему не ведает того, то творит левая.
Лайтбаун впоследствии побывал с нами в Лидсе и написал рассказ обо мне, опубликованный в «Санди таймс». Он называл нас аутсайдерами, потому что мы игнорировали поездки, организуемые официальным фан-клубом, насчитывающим 30 000 членов. Мы пользовались своими маршрутами и сами доставали себе билеты.
Примерно в это же время статья обо мне появилась и на страницах «Манчестер ивнинг ньюс»:
У ГРУППЫ ФАНАТОВ ОТНЯЛИ АВТОБУС
Представителю социальных служб, работающему с молодежью, запретили использовать микроавтобус для поездок с группой фанатов «Манчестер Юнайтед».
М-р Энди Дэвис и его подшефные — они называют себя «Кроссэйкрс Редз» — ездили на этом автобусе на футбольные матчи в течение полутора лет. Но городской Комитет по образованию решил запретить его дальнейшее использование в подобных целях после инцидента в прошлом ноябре, по поводу которого вышеуказанная группа молодых людей была допрошена полицией Уолсолла.
М-ру Дэвису (36 лет), работающему с молодежью в принадлежащем ему здании бывшего полицейского участка на Солвэй-роуд в Уизеншо, предстоит разговор с председателем подкомитета общественного образования.
М-р Дэвис, в чьи функции входит работа с подростками, не зарегистрированными в молодежных клубах, никак не прокомментировал данный запрет, но зато другой участник событий — Тони О’Нил, проживающий на Натфилд-роуд, Уизеншо, — лидер «Кроссэйкрс Редз», подверг это решение критике.
Он заявил: «Почти всем парням из моей группы предъявлялись обвинения в драках, причинении ущерба, нарушении общественного порядка во время футбольных матчей, но с тех пор, как полтора года назад мы попросили Энди организовать поездку, многое изменилось в лучшую сторону.
109
Автор книги допустил неточность. В описываемое время Мартин Эдварде (род. в 1945 г.) был лишь членом правления «Манчестер Юнайтед», а председателем стал только в 1980 году и сохранял за собой эту должность вплоть до 2002 года. В настоящее время он является почетным президентом клуба.
110
«Бешеная армия» (Barmy Army) — прозвище фанатов сборной Англии, ставших коллективным героем одноименной книги Дуги Бримсона, выпущенной издательством «Амфора» в 2006 году.