Меня дважды сбивали с ног. Мы выглядели как два поля с колосьями, гнущимися под порывами ветра взад и вперед. Всех, кто валился на землю, месили металлическими носками ботинок — официальной моды тогдашних футбольных хулиганов. В ход шло все — кирпичи, бутылки, палки, нунчаки, — и обе стороны несли потери. Копам тоже досталось, их отбросили в сторону два больших города, вступивших в войну.
В результате все закончилось ничьей. Прямо как в шахматах, патом. «Юнайтед» не смог выбить противника с его сектора, а «Бирмингему» не удалось вытеснить «красных» с гостевого. Так что полиции не оставалось ничего иного, как выстроить кордон между нами. Естественно, за происходящим на поле никто не следил. В течение полутора часов мы обменивались оскорблениями и закидывали друг друга различными предметами. С каким счетом закончился матч, я не знаю, да и не важно. Игра не имела большого значения, ведь всю неделю ты готовился к драке, а не к футболу. Да, это безумие, конечно, но именно так все и происходило: старые добрые представители рабочего класса занимались тем, чем они всегда занимались.
Но когда мы приехали в Бирмингем в следующий раз, все сложилось иначе. Разделение болельщиков набирало силу, хотя полиция совсем не изменилась. Разве что стала еще медленнее реагировать на происходящее. Мы вышли из обычного поезда на вокзале Нью-Стрит, прибыв толпой в 250 человек прямо к открытию пабов. С самого начала чувствовалось, что на этот раз все пройдет совсем по-другому — обстановка была более накаленной. Буквально через 10 минут после приезда мы узнали, что в городе уже состоялось несколько крупных драк с участием тех, кто приехал раньше из разных уголков страны.
Наконец мы засели в одном из пабов, но в 14.30 появилась полиция, погнавшая нас в сторону стадиона. Поначалу матч проходил в более-менее спокойной обстановке, поэтому «красные» стали потихонечку скапливаться около входа на гостевую трибуну. Было решено обогнуть «Сент-Эндрюз» и попытаться пройти на их сектор. Там находилась огромная толпа, но 150 наших, приехавших на поезде, все-таки умудрились просочиться туда. Самое смешное, что и я, и все остальные хорошо понимали, что, как только гостей «расколят», нам кранты. Тем не менее адреналин сделал свое дело и страх исчез, уступив место кайфу. В этом и заключалось все дело — в проверке себя на прочность.
Мы вошли на угловой сектор и поднялись по лестнице. Справа от нас находилась пустая часть трибуны, разделявшая две группы фанатов. Я бросил взгляд на наших и понял, что они ждут сигнала, потому что смотрят в сторону «браммиз», настраиваясь на атаку. И она состоялась.
Мы находились на самом верху, когда раздался боевой клич. Выражение шока на лицах «браммиз» очень обрадовало нас, и мы обрушили град ударов на тех, кто попал под руку первым. Сначала все шло прекрасно, и они в ужасе пятились. А затем нас оглушил невесть откуда взявшийся гром. Такое ощущение, как будто все «браммиз» издали вздох облегчения, который свидетельствовал о том, что демонстрация силы со стороны «Юнайтед» подошла к концу. Теперь уже «красным» пришлось отбиваться от целой орды врагов. Кулаки и ботинки врезались в лица и ребра, и пока брамми пытались выбить из нас дух, мы сражались за свои жизни.
Вскоре стало ясно, что здесь не выжить, но на пути к отступлению стоял забор из металлической сетки. И мы были вынуждены бесславно бежать вниз по ступенькам. Некоторых настигли и замесили, а я угодил в ловушку вместе с Дереком Уиттэкером и Энди Оуэном. Мы знали, что нужно во что бы то ни стало держаться на ногах, даже если тебя бьют со всех сторон. Поэтому нам и удалось спастись. Оуэн перелез через ограду, а мы с Уиттэкером припустили что есть силы по какой-то грязной узкой дорожке, ускоряемые пинками сзади.
Оказавшись на спасительном гостевом секторе, все начали рассказывать о том, как все было круто, хотя состоялось не что иное, как попытка коллективного самоубийства. В течение полутора часов мы либо обсуждали, что произошло, либо пытались представить, что ожидает нас после матча.
«Красные» вышли со стадиона довольно рано и сразу увидели небольшие группы местных, которые сновали вокруг нашей трибуны, что-то вынюхивали и подбадривали друг друга. Начало драки было делом времени, и в подобных ситуациях ты всегда говоришь самому себе: ждать нет смысла. И в результате нападаешь первым, пока соперник не собрался полностью и полиция не подоспела. Человек пятьдесят из нашей главной «фирмы» сгруппировались отдельно. Все хорошо знали, что делать в таких случаях. Без шума и крика мы направились к ближайшей группе «браммиз» и прошли сквозь нее, а потом точно так же сквозь следующую — и никто не решился вступить с нами в драку. Вскоре они дрогнули и побежали за угол, преследуемые нами.
Мы не стали гнать их до упора, потому что не хотели испытывать судьбу раньше времени. Вокруг уже было навалом полиции, и какой-то одинокий всадник метался взад-вперед, внося беспорядок в наши ряды. Как только мы закончили поздравлять друг друга, они появились снова. Не все сразу, конечно, но в нашу сторону неслось человек 500—600, а остальные выскакивали с «Сент-Эндрюз». Их было слишком много, поэтому мы защищались совсем недолго. Убегая, я заметил, что копы вовсю орудуют дубинками, пытаясь удержать «красных» на стадионе. Мне тоже пришлось увернуться от нескольких таких ударов, и в результате я оказался в одиночестве на каком-то диком и густо заросшем поле. Ну, не совсем в одиночестве: вокруг шастали местные, забрасывавшие камнями гостевой сектор.
Затем началась настоящая бойня — копы на лошадях врезались в «браммиз», которых насчитывалось уже несколько тысяч. Фанаты «Юнайтед» бесновались на стадионе, пытаясь выбраться улицу, где их ожидал полный хаос. Мое положение было не менее отчаянным. Я рисковал оказаться растоптанным конной полицией или изувеченным местными в случае расшифровки. В то же время мне следовало оставаться на месте, потому что наши могли в любую секунду вырваться со стадиона.
В результате я поступил так: рухнул на землю в густую траву. Никто меня не заметил, хотя опасность получить камнем по голове или попасть под копыта только увеличилась. Пару раз последнее чуть было не случилось, но полицейская кавалерия проскакала мимо. Наконец «красные» все-таки вырвались со стадиона. Я тут же поднял голову из травы, как боец САС [154], и перед тем, как присоединиться к нашим, вырубил какого-то «брамми», который собирался бросить кирпич.
Полиции удалось развести дерущихся фанатов, но они продолжали вступать в мелкие стычки. Мы бились на протяжении всего пути до вокзала и, когда добрались до него, испытали огромное облегчение, потому что страшно устали от беспрерывных схваток. Прожитый день можно было считать удачным. В драках участвовали практически все, о чем свидетельствовали грязные пятна, разорванная одежда, порезы, синяки, разбитые носы и губы.
В то время кровоточащие черепа не вызывали особого удивления. Несколько раз моей голове тоже хорошо доставалось от кирпича или бутылки, и в таких случаях местные полицейские всегда говорили нам: «Проваливайте и зашивайте свои тыквы, когда вернетесь в Манчестер!» Тем не менее мы сумели извлечь определенную выгоду из такого к себе отношения. Особенно когда звучало бессмертное слово «Проваливайте!». По крайней мере, оно спасло многих «красных» от ареста.
Еще одним местом, куда я любил ездить, был Сток [155]. Он находился в часе езды от Южного Манчестера, и для наших парней это было хорошей загородной прогулкой, потому что там всегда удавалось покуражиться или даже устроить нечто похуже, когда обе стороны сходились в драке. Поначалу фанаты «Юнайтед» занимали свою трибуну, а потом одни и те же лица — Джефф Льюис, Панчо, Большой Дэйв из Уоррингтона — оказывались за воротами. Позднее, когда ввели жесткое разделение и продажу билетов по секторам, порядки изменились, и «Юнайтед» смирился со своим присутствием в указанном месте. Однако вернемся к нашей встрече со «Сток-Сити» в 1977 году.
Мы проходили под железнодорожным мостом, когда местные неожиданно напали на нас сзади. Любому, кто успел понюхать пороху, хорошо известно, насколько тяжело биться, когда ты не знаешь, сколько всего врагов напало на тебя и где они еще прячутся. Нам повезло, что мы не развалились, а добежали до утла, развернулись и контратаковали. Но они все-таки добились своего, и у некоторых из нас были сильно разбиты губы.
154
SAS (Special Air Service) — парашютно-десантные части особого назначения — британский «спецназ».