Армянские элиты, члены которых также получили образование в соответствии с западными моделями, которые тогда были в моде в Османской столице, вскоре задались вопросом о своем будущем месте в распадающейся империи. Некоторые круги армянского общества нашли собственные пути удовлетворения своих амбиций: они пошли на государственную службу. Другие вступили на путь революционной борьбы с целью секуляризации учреждений империи и внедрения в Турции «прогрессивной» социальной модели. Вопреки ретроспективной турецкой историографии, которая изображает армянских революционеров как сепаратистов и националистов, мы видим, что на протяжении четырех лет после июльской революции 1908 г., институты армянского сообщества занимали лояльные позиции и однозначно заявили о своем желании принимать участие в модернизации общества и государства. Однако резня в Киликии в апреле 1909 г., нарастание авторитарных тенденций в Комитете «Единение и прогресс» и ликвидация либеральной оппозиции, в конечном счете, убедили даже самых оптимистичных политических лидеров, таких как Акнуни, что младотурки никогда всерьез не планировали никакого улучшения положения армянского населения восточных провинций, а напротив — были полны решимости сделать жизнь этих армян настолько невыносимой, чтобы они предпочли изгнание. Бесчисленные отчеты, направляемые из провинций, свидетельствовали о заметном ухудшении ситуации. Начало этого процесса можно датировать 1912 годом — годом 1-й балканской войны. Циркуляр, с которым патриарх Ованес Аршаруни обратился к послам великих держав, проливает свет на позицию официальных армянских организаций:
«Армянский патриарх в Турции имеет честь препроводить при сем Вашему превосходительству перевод послания («takrir»), которое он вручил в субботу вечером Его светлости великому визирю. Нам бы не хотелось, чтобы эта инициатива была истолкована как попытка придать новую остроту вопросу о реформах в восточных провинциях. Уже более двух лет патриархат отказывается вступать в обмен соображениями с османским правительством по этому вопросу. Мы сожалеем, что правительство не в состоянии направить какие-либо свои искренние усилия на реорганизацию этих районов, находящихся в состоянии бедствия. В меморандуме, который патриарх представил Его светлости великому визирю 12 мая, он ограничился упоминанием в очередной раз того, что над армянами нависла угроза массовой резни. Он потребовал, чтобы были приняты эффективные меры для устранения этой опасности, которая растет с каждым днем.
Вашему превосходительству известно, что ситуация с армянами резко ухудшилась в период после Балканской войны. Неудачный исход этой войны усилил жаждой мести многовековую ненависть. По всей Анатолии над головами армян нависла угроза массовой резни. Они стали заложниками в руках мусульман. Если этой массовой резни до сих пор не произошло, то исключительно благодаря тому обстоятельству, что сами жертвы этих ужасающих преступлений отказались даже взывать к справедливости, опасаясь, что их поведение может быть истолковано как провокация. Правда, до сих пор им удавалось избежать массового истребления, но количество убийств не уменьшается, а увеличивается, и с некоторых пор сам характер этих убийств свидетельствует о явном намерении терроризировать армян. Оказавшись под угрозой насилия и массовой резни, армяне не могут рассчитывать на защиту со стороны государства и даже не вправе сами защищать себя. Стоит им приобрести оружие, их сразу же обвиняют в подготовке восстания. Бдительность правительства по отношению к армянам никогда не ослабевает. Действия правительства, которое все время подозревает, что армяне постоянно готовы взять в руки оружие, только подстегивают ненависть фанатичных масс… От Алеппо до берегов озера Ван армянский народ живет в постоянном страхе перед будущим. Вновь длинные колонны армянских семей потянулись к границе. Армяне вынуждены порвать те нити, которыми многовековая история и неустанный труд связали их с этой землей. Ввиду того, что такое положение армян стало невыносимым, а также ввиду бесплодности наших демаршей, патриарх, не теряя надежды на разрешение вопроса о реформах в Армении, вместе с тем просит Ваше превосходительство принять срочные меры, которые Вы сочтете уместными, с тем, чтобы избежать неизбежности массовой резни в Анатолии»[749].
Даже после обращения к дипломатам патриархат продолжал вести учет захватов и поборов, совершаемых в провинциях, а также информировать Блистательную Порту о том, что он этим занимается[750]. Он обращал внимание на «домогательства, которые государственные должностные лица применяли только к армянам», «одиночные убийства, конфискации имущества, похищения людей и акты мародерства», а также на отток населения, которое подверглось этим действиям. Патриархат, однако, не ограничивался составлением сводного перечня таких событий, но также интерпретировал их: «Эта ситуация показывает, что армяне больше не имеют права жить в Османской империи. Такое положение дел может привести только к уничтожению армянского элемента в указанных регионах; многочисленные заверения правительства о принятии мер, направленных на сохранение чести, жизни и имущества наших соотечественников, не имели никакого эффекта, а так как мне нечего добавить к тем мольбам, жалобам и протестам, на которые я уже обращал внимание, мне остается только взывать, следя за дальнейшей судьбой армянского народа — исключенного из общества — к совести и чувству ответственности османского государства и народа империи, а также к сочувствию цивилизованного мира».
749
Archives du Patriarcat de Constantinople (далее: APC), Patriarcat arménien de Jérusalem (далее: PAJ), 336337, liasse № 5. Письмо патриарха Аршаруни послам России, Великобритании и Франции, 14 мая 1913 г.
750
APC/PAJ, № 338–339, liasse № 17. «Такрир», адресованный великому визирю Махмуду Шевкету, 18/31 мая 1913 г.