Более или менее постоянное недовольство курдов эксплуатировалось османским правительством, которое представило его как «направленное против реформ», в то время как это было прежде всего вопросом, как настаивал генерал Шариф-паша, антиправительственной агитации. Лидеру восстания Молле Селиму пришлось объяснять это в письме, адресованном архиепископу Битлисскому Сурену до того, как правительство перестало эксплуатировать эту проблему[909]. Последняя работа Танера Акчама[910], основанная, в частности, на воспоминаниях Кушчубаши-заде Эсрефа [Сенджера][911], главы «Специальной организации» в Эгейском регионе, рассказывает, что «план гомогенизации» Анатолии, очищения ее от немусульманских «опухолей» и устранения «скоплений лиц нетурецкой национальности обсуждался в период с февраля по август 1914 г. в нескольких секретных заседаниях Центрального комитета иттихадистов в присутствии военного министра, хотя ряд других министров не был проинформирован об этом. Уже весной 1914 г. этот «план», центром которого была Смирна, был направлен в первую очередь против греков Анатолии и побережья Эгейского моря. Он включал в себя реализацию: 1) «общих мер», проводимых правительством (вали М. Рахми); 2) «особых мер», выполняемых армией (задача очищения региона было возложена на плечи Джафера Таяар-бея); 3) «мер», принятых Комитетом «Единение и прогресс» (под контролем делегата в Смирне Махмуда Джелала [Баяра]). Халил [Ментеше] отмечал в своих мемуарах, что это не должно было выглядеть так, как будто правительство и администрация были причастны к этим поборам которые потом примут форму резни, депортации, вынужденного изгнания и ограбления сотен тысяч греков[912].
По-видимому, этот план также предусматривал более позднее переселение армянского населения в Сирию и Месопотамию.
От отмененных армянских реформ к аресту лидеров гнчаковцев
Как мы увидели, вопрос реформ на многие месяцы мобилизовал официальные армянские организации. Они были, однако, истощены подлинной битвой, которая противопоставила им иттихадистов. В армянских рядах даже наблюдалась некоторая озабоченность: некоторые армяне, такие как Зограб[913], понимали серьезность ситуации и с тревогой приняли к сведению радикализацию Иттихада.
Тем не менее 7 февраля, за день до подписания официального указа об объявлении реформ, Политсовет сделал публичное заявление перед Палатой депутатов. В нем Караян, председатель палаты, подтвердил, что подписание указа было неизбежным[914], и выступил с публичным описанием всех действий, принятых Советом и Комиссией безопасности в тесном сотрудничестве с армянской национальной делегацией и комитетами Тифлиса и Санкт-Петербурга[915]. Все эти усилия, по мнению Караяна, увенчались провальным положительным успехом, даже если принять во внимание необходимость отделения армянских провинций на два губернаторства», а также включения в эти губернаторства регионов, которые располагались за пределами армянского высокого плато. Патриарх Завен Тер-Егиаян выразил такой же осторожный оптимизм на первом весеннем заседании Армянской палаты 9 мая 1914 г.[916].
Задача нахождения кандидатов, способных осуществлять функции генеральных инспекторов в двух «губернаторствах», предусмотренные договором реформ, была поручена Погосу Нубару, у которого было много связей в Европе[917]. Два человека, которых выбрал Нубар, прибыли в Стамбул в апреле. Их встретил Зограб. Голландец Луи Констан Вестененк, ранее главный администратор голландской Ост-Индии, был назначен в Эрзурум (северный сектор); майор Николе Хофф, норвежский офицер, был назначен в Ван (южный сектор, к которому также были добавлены вилайеты Битлис, Диарбекир и Харпут)[918]. Блистательная Порта довольно быстро подписала указ, подтверждающий назначение двух инспекторов, но только Хофф смог приступить к исполнению своих функций в Ване в начале августа 1914 г., после того, как он собрал вспомогательный персонал.
909
АМАЕ, Turquie, Politique intérieure, n. s., vol. 9, fº 284. Письмо генерала Шериф-паши, «главы проантантских либеральных оттоманов», министру иностранных дел, Париж, 16 апреля 1914 г. В этом же документе отмечается, что «Монсеньор Завен заявляет что агитация направлена против правительства, а не армян».
911
914
По предложению Зограба, Армянская палата приняла решение во время заседания 4 февраля 1914 г. издать должность юридического консультанта во всех епархиях; их задача состояла в участии в изучении случаев незаконных земельных конфискаций, различных судебных процессов и изучении демографической статистики:
915
Протоколы Национальной палаты. Стенограммы заседания от 7 февраля 1914 г. С. 438 и последующие (на арм. яз.).
917
918