Когда русские возьмут Эрзурум? Как далеко Россия продвинется в Армению? Каковы планы Санкт-Петербурга в этом регионе? Эти вопросы сегодня являются важнейшими загадками для армян. В либеральной российской прессе слышатся голоса в поддержку армянской автономии, но нет никаких сомнений, что там есть круги, которые имеют абсолютно другое мнение. Царский Манифест был зачитан вслух наместником в Тифлисе перед аудиторией, состоящей из армянских сановников, но не стоит переоценивать значение этой формы декларации, полной обещаний. Манифесты такого рода были широко распространены среди других народов России. Они писались, чтобы быть забытыми. Мы не должны радостно и с энтузиазмом аплодировать таким заявлениям или обещаниям: существуют болезненные исторические прецеденты, например, русско-персидская война 1826 г., в ходе которой, следуя за своим духовным лидером, армянский народ поднялся как один человек и внес весомый вклад в русское завоевание двух ханств. Это оправдывает надежды Армении на получение, по крайней мере, ограниченной автономии. Однако эти надежды оказались тщетными… Два года спустя русская армия взяла Эрзурум, но затем быстро отказалась от него и ушла, оставив армянское население, которое оказало безоговорочную поддержку христианской армии, на милость мстительного местного населения».
Вспоминая войну 1878 г., которая также привела к «актам насилия, изгнанию целых народов на Кавказ, голоду и бесконечным страданиям», автор призывает к сдержанности:
«Таким образом, у нас нет никаких оснований для встречи вчерашних захватчиков детскими проявлениями радости и благодарности… Основная цель легиона армянских добровольцев, которых с энтузиазмом рекрутировали отовсюду и ставили под командование первоклассных лидеров, заключалась в том, чтобы защитить армянское население в случае турецкой резни, особенно в регионах, где армяне слабы, безоружны находятся в меньшинстве… Было бы преступно наивно полагаться на российскую армию, чтобы избежать расправы. Русские намеревались завоевать земли армян, и их сердца не будут горевать, если армянская кровь вновь потечет обильно тут и там»[960].
Смешанные чувства дашнаков в отношении России прекрасно проиллюстрированы здесь, так же как и их понимание намерений иттихадистов. Однако АРФ больше не была просто инструментом, который каждая из держав могла бы попытаться использовать в своих интересах. Хотя некоторые партийные чиновники, ответственные за военные вопросы, начали, в частности в 1912 г., предусматривать организацию системы самообороны в армянских провинциях, лидеры последовательно отвергли эту идею, продолжая преследовать легалистскую политическую линию, которая завершилась принятием «реформ в Армении».
Секретный договор между Турцией и Германией и всеобщая мобилизация
Переговоры между германским послом Гансом Вайгенхаймом и кабинетом иттихадистов, в частности с военным министром Исмайлом Энвером[961], проходили в течение десяти дней, начиная с 24 июля[962], то есть еще до начала войны в Европе. По воспоминаниям главы германской военной миссии Лимана фон Сандерса, до этого, как сам Зандере, так и посол Вайгенхайм выступали против союза с Турцией, поскольку они нисколько не верили в возможность военной мощи армии, которая была бы оснащена и дисциплинирована так плохо, как турецкая армия[963]. Кроме того, уже в апреле 1914 г. правительство Саида Халима дало понять, что кабинет склоняется к Антанте. В середине мая Талаат даже плавал к Черному морю на императорской яхте, чтобы встретиться с царем и Сазоновым[964]. Его предложения были отклонены, но присутствие турецкой делегации не осталось не замеченным среди немцев Стамбула. Как же тогда мы должны объяснить подписание секретного договора который был решающим шагом на пути вступления Турции в войну? Несмотря на то, что традиция отдавать реорганизацию османской армии в руки немецких офицеров к этому времени процветала в течение десятилетий ввиду того, что некоторые лидеры иттихадистов искренне восхищались Германской империей и ее милитаристскими традициями, а также ввиду того, что Германия более или менее прикрывала Турцию по вопросу армянских реформ, этих факторов было недостаточно, чтобы объяснить заключение германо-турецкого договора, который многие наблюдатели, как внутренние, так и зарубежные, рассматривали как безответственный шаг, учитывая общее состояние страны. Однако залог, выданный Германией, чтобы обеспечить Турцию «массивной» экономической помощью, открыл перспективы, к рассмотрению которых мы сейчас перейдем.
960
Отношение армян к русско-турецкой войне, «Дрошак», № 9-12, сентябрь — декабрь 1914 г. С. 129–130 (на арм. яз.).
961