Геноцид армян. Полная история

Приказ о всеобщей мобилизации, изданный 3 августа 1914 г., на следующий день после подписания секретного немецко-турецкого соглашения, не был результатом поспешного решения. По заявлению Мехмеда Джавида перед Пятой комиссией османского парламента, решение о приказе не было принято на заседании Совета министров. Скорее всего, Энвер взял на себя инициативу, которая «заставила каждого из министров отдельно подписать проект письменного указа султана». Приказ был опубликован в «Официальном вестнике» только после публичного представления[977]. Эта быстрота может, несомненно, объясняться желанием военного министра воспользоваться эмоциями, порожденными объявлением войны в Европе, в целях получения всплеска национального чувства. Зограб, внимательный наблюдатель османского мира, заметил, с хорошей дозой фатализма и немалой дозой предвидения, что мобилизация прошла в чрезвычайно хаотических условиях, «больше похожих на сближение готовых к резне и грабежу сил, чем на обычную военную организацию»[978]. Хаос возник, вероятно, от успешного прививания османской армии других культурных ценностей.

Мужчины в возрасте от двадцати до сорока пяти лет были первыми, кого затронул приказ о мобилизации. Это также относилось и к восточным провинциям. Согласно сообщениям, полученным от епархий в провинциях, по-видимому, мобилизация проводилась спокойно, но призыв на военную службу мужчин в возрасте от двадцати до сорока пяти лет привел к почти полному прекращению сельскохозяйственной и коммерческой деятельности[979]. Эти отчеты также показывают, что армянским призывникам, которые не привыкли обращаться с оружием или к службе в армии, пришлось с трудом приспосабливаться к новым условиям[980]. Основной проблемой в восточных провинциях было отсутствие базовых структур и организации. Папазян, в середине ноября находившийся в Муше, видел группы молодых призывников, прибывавших ежедневно. Их размещали в мечетях, ханах или ветхих складах, где часто оставляли на произвол судьбы, в холоде и без еды. Дезертиры образовали легион среди всех групп населения Османской империи[981].

Далее Папазян отмечает, что к началу декабря 1914 г. поборы достигли крупных масштабов, а Муш к тому времени став крупным центром призыва и обучения, куда массово привозили бесправных призывников из Диарбекира, Харпута, Генца и Хазо. Склады были заполнены зерном и другими продуктами, которые были изъяты в армянских селах равнинного Муша или из магазинов на рынке, из которых были сметены товары[982]. В такой стране, как Османская империя, где чиновники славились нечестной репутацией, поборы, заказанные правительством, дали прекрасную возможность для злоупотребления полномочиями. В Эрзуруме, через несколько дней после всеобщей мобилизации, было установлено, чтоб: военные власти реквизировали тележки, крупный рогатый скот, лошадей и продовольствие у жителей этого района, а также рис, пшеницу и сахар у армянских и турецких торговцев, не предлагая им какой-либо компенсации[983]. Армянский предстоятель отметил, что приближающаяся зима угрожает быть особенно тяжелой на равнинах Пасина. Кхнуса и Терджане, так как поборы оставили крестьян без ресурсов[984].

977

SHAT, Service historique de la Marine, Service des renseignements de la Marine, Turquie, 1BB7 236, doc. № 1595 B-9, Constantinople le 17 janvier 1920, le lieutenant Goybet, adjoint du chef du S.R. Marine, annexe 11 et 1BB7 236, doc. № 1651 B-9, Constantinople le 24 janvier 1920, annexe 14. P. 7, déposition du ministre des Finances. На четвертом заседании суда над иттихадистами генеральный секретарь комитета партии «Единение и прогресс» Мидхат Шюкрю подтвердил, что «приказ [о мобилизации] пришел неожиданно»: SHAT, Service historique de la Marine, Service des renseignements de la Marine, Turquie, 1BB7 232, doc. № 676, Constantinople, mai 1919, le lieutenant Goybet, adjoint du chef du S.R Marine. P. 3. Отян E. Проклятые годы, 1914–1919. Личные воспоминания, «Жаманак», 6 февраля 1919 г., № 3440 (на арм яз.). Согласно Стяну, плакаты, объявляющие о мобилизации, были развешаны в провинции в тот же день, что указывает на то, что они были подготовлены и распространены заранее (ibid., № 1 du feuilleton).

978

Дневник, 3/16 августа 1914, Загреб Г. Указ. соч. С. 383–384.

Pomiankowski J. Op. cit. P. 162. Согласно Помянковскому, который был военным атташе Австро-Венгрии в Константинополе в течение десяти лет, в начале войны существовало около 120 христианских батальонов, состоящих в основном из армян.

Отян Е. Указ, соч., № 2. Согласно Стяну, большинство молодых призывников в столице были убеждены, что война долго не продлится, и предпочли записаться добровольцами, а не платить взятку в пятьдесят фунтов, чтобы избежать призыва.

979

Тер-Егиаян З. Указ. соч. С. 61. Письмо епископа Баязеда патриарху Завену от 19 августа 1914 г.

980

Там же. С. 60. Письмо от епископа Эрзурума, Смбата Саадетяна, патриарху Завену от 28 сентября 1914 г.; APC/PAJ, Թ 334 (en français), № 35. Rapport sur Les événements de Keghi depuis la mobilisation jusqu’à la deportation (récit d’une rescapée). Этот рапорт подтверждает, что мобилизация проходила в хороших условиях.

981

Папазян В. Указ, соч., II. С. 312 et 316.

982

Там же. С. 326.

983

Тер-Егиаян З. Указ. соч. С. 59. Письмо от епископа Эрзурума Смбата Саадетяна патриарху Завену от 1/14 августа 1914 г.

984

Там же. Епископ Смбат Саадетян утверждает, что конгресс АРФ оставил у местных властей очень плохое впечатление и что Акнуни, который выразил желание остаться в Эрзуруме в течение некоторого времени, велели покинуть город в течение 24 часов. Он считал недоверие властей тревожным.