Судебный процесс против лидеров Иттихада также проливает свет на внутреннюю структуру второй «Специальной организации». Оказалось, что она походила на Центральный комитет Иттихада и контролировалась политбюро во главе с Бехаэддином Шакиром. Судебный процесс показывает также, что в состав политбюро входили пять членов, то есть половина Центрального комитета, отвечавшая за осуществление политического руководства Специальной организацией: д-р Назим, д-р Шакир, д-р Рюшухи[997], Юсуф Риза-бей[998] и Атиф-бей [Камчил][999]. Им помогали Азиз-бей (начальник управления госбезопасности Министерства внутренних дел) и полковник Джевад, который заменил Халил-пашу, дядю Энвера (после отъезда последнего в Ван и Иранский Азербайджан), на посту военного губернатора Стамбула и члена политбюро «Тешкилят-и Махсуса»[1000]. Наконец, следует отметить, что главный офис «Специальной организации» находился в штаб-квартире Комитета «Единение и прогресс» на улице Нури Османийе[1001]. Там Азиз-бей, Атиф-бей, Назим и Халил [Кут] исполняли свои обязанности вместе с полковником Джевадом и Халимоглу Юсуфом Зия-беем, который упоминается только один раз в ходе судебного разбирательства против юнионистов в качестве члена Центрального комитета иттихадистов и главы «Специальной организации» в Трапезунде[1002]. Кроме тоге все телеграммы и документы на имя сетей в провинциях, которые были представлены в качестве доказательств в ходе судебного разбирательства юнионистов, были подписаны этими должностными лицами, находящимися в штаб-квартире организации. Они показывают, что лица, которые работали на улице Нури Османийе, планировали и координировали операции, проводимые в этой области, в то время как председатель политического бюро «Специальной организации» Шакир проводил эти операции напрямую, вместе с Рюшухи и Юсуфом Риза-беем.
После зачитывания обвинительного заключения лидерам Иттихада председатель заемного суда подвел итоги предварительного следствия:
«Было установлено, что тайная сеть была создана лидерами комитета “Единение и прогресс” под названием «Тешкилят-и Махсуса», под предлогом, что она должна была чествовать в войне, как видно из обвинительного заключения. Ее возглавил д-р Назим, д-р Бехаэддин, Атиф-бей и Риза-бей, члены Центрального комитета, а также Азиз-бей, глава Департамента по уголовным расследованиям. Бехаэддин отправился в Эрзурум, чтобы оттуда управлять своими силами в восточных вилайетах. Риза-бей возглавлял зилы в области Трапезунда. Азиз, Атиф и Назим-бей работали в Константинополе, где их решения должны были быть утверждены и исполнены местным военным командиром Джевадом. Это подтверждается тайным решением, документом № 150; он адресован Бехаэддину Шакиру и содержит слова “Комитет должен наказать Галатали Халила”… и подписан Азизом, Атифом и Назимом, а также одобрен печатью Джевада»[1003].
Таким образом, структура «Специальной организации» и ее органичная связь с Центральным комитетом Иттихада проявляются достаточно четко. Позже мы рассмотрим эти вопросы более подробно.
Можем ли мы, в свете вышесказанного, говорить о двух специальных организациях, которых были различные или даже конкурирующие между собой миссии? Судебный процесс против юнионистов и «ответственных секретарей», всемогущих представителей партии в вилайетах, позволяет нам дать лишь частичный ответ на этот вопрос, поскольку некоторые обвиняемые бежали из Турции до начала суда, в то время как оставшиеся явно не желали разглашать секретные мотивы своих действий.
Два видных члена комитета партии «Единение и прогресс» признали, хотя и весьма неохотно, существование действующих независимо друг от друга двух организаций: майор Юсуф Риза-бей, глава «Специальной организации» в регионе Трапезунда (17 мая 1919 г., на шестом заседании судебного процесса против юнионистов)[1004], и полковник Джевад, военный губернатор Стамбула и член политбюро «Специальной организации» (8 мая, на четвертом заседании этого судебного процесса). Джевад добавил, что первая из Специальных организаций попала под юрисдикцию Военного министерства, а второй управлял Комитет «Единение и прогресс»[1005]. Со своей стороны, генеральный секретарь Иттихада Мидхат Шюкрю признался (на седьмом заседании судебного процесса, состоявшемся во второй половине дня 17 мая), что некоторые члены Центрального комитета приняли непосредственное участие в создании «Тешкилят-и Махсуса». Остальные не отреагировали[1006]: они либо отказались давать показания на эту тему под предлогом, что Военное министерство Энвера было органом, ответственным в таких вопросах, либо категорически отрицали наличие двух специальных организаций.
997
Врач, прошедший подготовку в военно-медицинской школе Итанбуты, одноклассник Бехаэддина Шакира, казнен в 1926 г. в связи с заговором против Мустафы Кемаля.
998
Отставной офицер, инспектор Комитета «Единение и прогресс» в Бурсе, единомышленник Энвера, известный как «Севкиятчи Риза» за роль в депортации армян, один из членов-учредителей «Каракол», преемника «Специальной организации» после того, как последняя была официально расформирована.
999
Фидайи Комитета «Единение и прогресс» в 1908 г., депутат сначала от Чанаккале, потом от Ангоры, член Центрального комитета партии «Единение и прогресс».
1000
Первое заседание судебного процесса против юнионистов, которое состоялось 27 апреля 1919 г. в 1:50 вечера: «Takvim-ı Vakayi», № 3540, 5 mai 1919. P. 5.
1001
Первое заседание судебного процесса против ответственных секретарей, 21 июня 1919, в «Takvim-ı Vakayi», № 3586, 28 juin 1919. P. 168.
1002
Первое заседание судебного процесса против юнионистов, которое состоялось 27 апреля 1919 г. в 1.50 вечера: «Takvim-ı Vakayi», № 3540, 5 mai 1919. P. 5. Зия-бей не упоминается на следующих заседаниях.
1003
Ibidem, col. 1, lignes 1—28. Указ 59, подписанный Халилом, Назимом, Атифом и Азизом и адресованный Мидхату Шюкрю, доказывает, что Халил [Кут] был членом политбюро «Тешкилят-и-Махсуса», когда он командовал гарнизоном в Константинополе, прежде чем он отправился на иранскую границу для выполнения миссии.
1004
Шестое заседание судебного процесса против юнионистов, 14 мая 1919 г.: «Takvim-ı Vakayi», № 3557, 25 mai 1919: deposition de Rıza. Pp, 104–107.
1005
Третье заседание судебного процесса против юнионистов, 8 мая 1335/1919, заявление полковника Джевада: «Takvim-ı Vakayi», № 3547, 15 mai 1919. Pp. 63–66. В тот же день Юсуф Риза был допрошен председательствующим судьей (ibid. Pp. 59–62), но отказался сказать что-либо еще на эту тему.
1006
Седьмое заседание судебного процесса против юнионистов, 17 июня 1919 г., заявление Мидхата Шюкрю «Takvim-ı Vakayi», № 3561, 29 mai 1919. Pp. 115–126. О декларации генерального секретаря Комитета Единение и прогресс», см. с. 119. На суде обнаружилась информация о том, что Центральный комитет политического бюро «Специальной организации» состоял из пяти членов.
К термину «Центральный комитет» следует относиться с осторожностью, поскольку, по-видимому, он использовался для обозначения как Генерального совета из сорока человек, так и Центрального комитета или бюро Комитета «Единение и прогресс», в котором осенью 1914 г. состояло всего около десяти членов: