Мемуары Арифа Джемиля, хотя и написаны с большой осторожностью и кишат вопиющими ошибками, содержат информацию, которая проливает свет на вопрос о «Специальной организации». Поданным этого иттихадистского офицера, Талаат очень быстро взял верх над Энвером в борьбе за контроль над второй «Тешкилят-и Махсуса». Первоначально, однако, когда Центральный комитет Иттихада решил, в то время как реализовывалась всеобщая мобилизация, что члены комитета партии «Единение и прогресс» принимали участие в военных действиях «Специальной организации», две конкурирующие группы более или менее одновременно покинули Стамбул и направились в Эрзурум и Трапезунд. Первая, созданная по инициативе Талаата, возглавлялась Шакиром. По словам Джемиля, именно Талаат попросил Шакира направиться в Эрзурум, чтобы привести Специальную организацию в боевое положение (после напоминания ему, что он присутствовал при осаде Эдирне и таким образом имел необходимый опыт) вместе с Омером Наджи, генеральным инспектором Комитета «Единение и прогресс»; Филибели Ахмедом Химли, военным чиновником партии; Эмиром Халметом и черкесом Решидом, главарями групп чете, с их подчиненными; и, наконец, офицером Рюшди-беем[1007]. Вторая группа, включавшая фидайи Иттихада, была направлена на восток по инициативе Энвера и военного министра[1008]. Далее, следуя за изложением Джемиля, мы узнаем, что Центральный комитет назначил Омера Наджи и Рюшухи-бея управлять операциями на персидской границе. Сулейман Шефик-паша, Гусейн Рауф [Орбай] и Убейдуллах были отправлены в Афганистан; Ибрахим и Юсуф Риза были назначены на Кавказ; а Джелал-бей стал ответственным за Македонию[1009]. Наконец, комитет направил ответственных секретарей, базирующихся в штаб-квартире партии, с миссиями в восточные провинции. Всем было поручено ехать инкогнито и раскрывать свою личность местным губернаторам только в случае крайней необходимости[1010].
Эти данные нельзя проигнорировать. Они показывают, что две структуры сосуществовали в начале августа 1914 г. Одна была основана по решению Центрального комитета Иттихада, с одобрения Талаата и Энвера, и отдана под ответственность Бехаэддина Шакира. Другая, которая существовала уже некоторое время, находилась в подчинении Военного министерства и, в частности, Энвера; ее возглавлял полковник генерального штаба Сулейман Аскери[1011], которого заменил Кушчубаши-заде Эшреф [Сенджер]. Можем ли мы в этом случае, говорить о различных, конкурирующих организациях? Обе организации действительно конкурировали до того момента, пока цели второй «Специальной организации» принципиально не отличались от первой. Они были различны, кроме восточных областей, в которых они сошлись весной 1915 г. На самом деле, первая «Специальная организация» преследовала одновременно две совершенно разные цели: она в первую очередь занималась военной контрразведкой и во вторую очередь «преследовала внутренних врагов», например в Македонии, Фракии и на побережье Эгейского моря. Вторая «Специальная организация» также проводила операции в тылу врага, за пределами границ Османской империи; она стремилась, в частности, разжечь восстание среди мусульманского и туркоязычного населения Кавказа, но затем быстро переключилась на ликвидацию или депортацию «внутренних врагов». Эта организация очень редко выполняла требования военных; прежде всего, она осуществляла «внутренние» миссии, но иногда, в турецких условиях, и «внешние» миссии. Кушчубаши-заде Эшреф, глава «Специальной организации» в Военном министерстве, признается в своих мемуарах, что «Специальная организация была таинственным явлением, которое стало фундаментальной структурой обеспечения безопасности османского государства в стране и за рубежом… Для этой цели у нее были свои собственные офицеры, униформа, казначейство и секретный код; она была государством в государстве. Выполняя задания, выходящие за нормальные рамки, она приобрела определенный моральный облик. Преследуя три свои основные цели, а именно: унификацию Турции, Исламский союз и пантюркизм, организация осуществляла внутреннюю и внешнюю политику государства»[1012].
1007
1008
Ibid. «Vakıt/Haratch» 3. Большинство этих военных кадров уже состояли в Комитете «Единение и прогресс» в 1908 г., в Салониках, и цитируются (см.: выше, II, примечание 137–143): Исмитли Мюмтаз, Хусрев Сами [Кизылдоган], Абдулкадир, Али [Четинкая], Атиф [Камчил], Сари Эфе Эдип, Сабанджали Хакки, Нури [Джонкер], Казим [Озалп], Йенибахчели Шюкрю и Якуп Джемиль. Упомянутые ответственные секретари: Кемаль Ферид, Гасан Басри, Мемдух Шевкет, Этхем и Ихсан-бей.
1011
Сын генерала Вехиб-паши; младотурецкий фидайи до 1908 г., член Генерального штаба десятой армии на Балканах в 1913 г., под командованием Энвера. Будучи вали Басры в 1914 г., он вел неудачные бои против британских войск в Басорахе, покончил жизнь самоубийством в апреле 1915 г.:
1012