Как отмечал Э. Цюрхер, наиболее националистически настроенные младотурки были родом из тех областей, которые характеризовались смешанным населением или которые располагались на границах империи; их прямое столкновение с многонациональным характером этих областей указало им на основные проблемы османского общества и ознакомило их с «вопросом национальностей»[1066].
Текин Альп, который родился в среде Серез, предложил «лучшее разоблачение»[1067]программы пантюркизма. Он воплощает собой особенно яркий пример позиции некоторых лиц «меньшинства», которые отождествляются с национальным идеалом. Хотя он не являлся турком и потому был исключен из руководства Иттихада, он вышел на передний план как пророк великого турецкого национального проекта.
Зия Гёкальп — идеолог тюркизма и Бехаэддин Шакир — активист тюркизма
Все младотурки поддерживали принцип сильного, централизованного государства, в котором армии будет отводиться особая золь; однако бесчисленные противоречия, возникающие в результате идеологии пантюркизма, оставались предметами споров и источником беспокойства до тех пор, пока Мехмед Зия Гёкальп не придумал свое знаменитое обобщение, которое объявляло главенство общества над личностью. Однако дело еще более осложнилось тем факсом, что для Гёкальпа «общество» означало нацию», а «нация» — «пантюркизм», или, другими словами, сочетание национализма и изгнания. Катастрофически тяжелое положение турецкого мира Гёкальп объяснял тем, что турки обладали высокоразвитой культурой, но эта культура была уничтожена исламскими арабами и византийской цивилизацией Средневековья. В качестве средства повторного открытия и регенерации он призывал к сочетанию современной европейской культуры и оригинальной турецкой культуры, и по этой причине он не исключил злам из своего проекта.
Обобщение Гёкальпа было предназначено для младотурецкого движения, в котором состояло очень много военных и, следовательно, относилось к теоретическому рассуждению[1068], диктовавшему практически всеобщее согласие, ибо он поручил националистически настроенной элите миссию стремления к идеалу, общему для всех турок. Тот факт, что этот скромный парламентский представитель из Диарбекира, активно принимавший участие в осеннем конгрессе КЕП 1909 г. в Салониках, был избран членом Центрального комитета на следующий год[1069], показывает, насколько хорошо то, что он хотел высказать, отвечало ожиданиям юнионистской элиты, оправдывавшей однопартийный режим КЕП. Как отмечает Бозарслан, «обобщение» Гёкальпа «определенно исключает ислам как основу для узаконивания социального порядка, однако отводит большое место религии, поскольку с ее помощью комитет [может] надеяться переманить большую часть исламистской оппозиции на свою сторону, а также рассматривает турецкость и цивилизацию как буквально не отделимые от ислама. Исключение религии из политической области происходит ценой присвоения ей первостепенной роли в разработке турецкого сознания или даже определения политической области»[1070].