Глава 6
«Специальная организация» на Кавказском фронте и первые военные действия
В главе 3 данной части мы рассмотрели обстоятельства, приведшие к созданию «Специальной организации», и увидели, что ее активность была сосредоточена на Кавказском фронте. Сейчас мы должны обратить внимание на то, что «Специальная организация» сделала в районе проведения боевых действий с августа 1914 г. по начало марта 1915 г. с установлением личности ее лидеров и изучением природы действий, проведенных во время первых боевых действий зимой 1914/15 г.
Воспоминания Арифа Джемиля, которые мы уже использовали для определения целей «Специальной организации», являются тут чрезвычайно ценными. Они подтверждают, в какой поспешной манере офицеры, «фидай Энвера», были отправлены на восток без точного задания. Эта кратковременная неопределенность, возможно, была результатом борьбы между Центральным комитетом и военным министром за контроль над Специальной организацией. Поспешное отбытие «фидайи Энвера» находит объяснение в том факте, что двумя днями ранее конкурирующая организация Центрального комитета, возглавляемая Бехаэддином Шатром, также отправила людей на восток, кроме того, Джемиль утверждает, что его группе пришлось ждать в Эрзуруме семнадцать дней до того, как штаб в Стамбуле отдал ей приказ двигаться в Трапезунд. Другими словами, во второй половине августа 1914 г. конфликт между Энвером и Центральным комитетом был закончен и задачи «Специальной организации» были четко определены. Прибытие в Трапезунд две недели спустя Кара Кемаля, члена Центрального комитета и главы партии столицы, было, несомненно, связано с желанием Центрального комитета восстановить порядок в «Специальной организации». Энвер, несомненно, имел преимущество над соперниками потому, что рано утром направил в Трапезунд двух офицеров, Йенибахджели Наила и Юсуфа Риза-бея, уважаемых фидайи Иттихада[1209]. Поскольку Талаат со своей стороны принудил Бехаэддина Шакира идти в Эрзурум, фактически возникают следующие зоны влияния: сторонники Энвера контролировали район Трапезунда, в то время как сторонники Талаата контролировали область вокруг Эрзурума. Две группы все же освоили процедуры вербовки, пополнив свои ряды бандитами и уголовниками, освобожденными из тюрем согласно специальному разрешению. Это означает, что они работали на основании таких же распоряжений. Джемиль также сообщает нам, что когда Кара Кемаль прибыл в Трапезунд, полковник общего штаба Сулейман Аскери был только что назначен главой боевых действий. Он добавляет, что лидер столичного КЕП прибыл в сопровождении двух немцев — Луиса Мозеля и капитана Освальда фон Шмидта. Немцам было поручено обучение шестнадцати грузин, которые недавно вернулись в район из Стамбула и должны были проводить военные действия за линией фронта русских[1210].
По словам Джемиля, группы в Трапезунде и Эрзуруме не сработали эффективно, тогда как национальное руководство войсками не торопилось в улаживании конфликта между ними. Ситуация была настолько напряженной, что Сулейман Аскери был вынужден вмешаться и потребовать проведения собрания для обсуждения координирования мер. Собрание прошло в Байбурте, на полпути между Трапезундом и Эрзурумом, и было проведено Шакиром и его помощником Филибери Ахмедом Хильми, с одной стороны, и Кара Кемалем и Юсуфом Ризой, с другой стороны. Они решили представителей своих сетей в России собрать в Трапезунде и Эрзуруме для того, чтобы спланировать с ними, среди других военных действий, диверсионные акции на складах боеприпасов, а также восстания, которые турки надеялись поднять[1211].
Первые действия «Специальной организации» были, таким образом, четко спланированы для того, чтобы проложить путь для наступления на русский Кавказ, что, вероятно, уже было предусмотрено. Война, тем не менее, еще не была объявлена; следовательно, русские консулы все еще находились в Трапезунде и Эрзуруме, и руководители «Специальной организации» были вынуждены действовать с осторожностью. Их первые контакты с туркоговорящими жителями долины Чорок были, несомненно, ободряющими: эти люди проявили готовность восстать. Используя Риз как базу военных действий, Йенибахджели Наил сосредоточился на вербовании глав местных банд[1212]. Деятельность Шакира протянулась до Персидского Азербайджана, где он завербовал важное местное лицо, Хока Али Хана, «очень влиятельного» в Хое и Салмасте[1213]. Это знак не только военной цели Специальной организации в области, но также и масштаб тюркизма в его действиях. Согласно информациям, отправленным д-ром Шакиром в Стамбул, грузины были готовы восстать, как только начнутся военные действия. Его прямой агент Шакир Ниязи, русскоговорящий, регулярно перемещался взад и вперед между пограничными зонами, где он встречался с информаторами «Специальной организации». Шакир также получал информацию от лиц, которых он внедрил в массы греческих и армянских эмигрантов, уже направлявшихся на Кавказ[1214].
1209
1213
Ibid. «Vakıt/Haratch» 9-10, ссылается на телеграмму Шакира от 23 августа/5 сентября 1914 г. в адрес Аскери, в которой он сообщает ему о грядущем прибытии азербайджанского высокопоставленного сановника