В Салмасте, маленьком городке, расположенном недалеко от Дилмана на равнине, к северу от той, где расположена Урмия, армян не трогали до 14 февраля, поскольку в этом обществе без иностранной миссии их приютили соседи-мусульмане. Именно здесь во второй половине февраля были совершены самые массовые бойни. Военная хитрость командира Ростома Бега позволила арестовать около 800 армян и отослать их в соседние деревни Хафтеван и Хосрова; после пыток и нанесения увечий их убили и бросили в колодцы и водоемы[1285]. Согласно немецкому источнику, 21 000 христиан стали жертвами турецких боевых действий в Азербайджане в период с ноября 1914 г. по декабрь 1915 г., большей частью на равнинах Салмаста и Урмии, не говоря о похищенных и увезенных курдскими племенами женщинах и детях[1286].
Последняя крупнейшая османская атака была проведена Хали-беем [Кутом], дядей Энвера, в апреле 1915 г. Он уступил свой пост начальника военной администрации Стамбула и члена исполнительного комитета «Специальной организации» полковнику Джеваду, чтобы принять командование пятым экспедиционным османским корпусом, созданным для атаки иранского Азербайджана[1287]. Исход турецкой атаки был подведен в Дилмане, где боевые действия начались 18 апреля/1 мая, когда сопротивление армянского города Вана уже началось. Халил и 12 000 его людей при поддержке 4000 курдских нерегулярных войск противостояли 6-й российской дивизии генерала Назарбекова, подкрепленной первым батальоном добровольцев под командованием Андраника[1288]. Турецким войскам было нанесено поражение; они отступили к Ванскому вилайету, где ситуация была накалена до предела.
Носила ли жестокость азербайджанской кампании тот же характер, что и совершенная в то же время дальше к северу, на русско-турецкой границе? Здесь также злодеяния совершали чете «Специальной организации», возглавляемые Омером Наджи, но состоявшие из курдских гамидие, черкесов и национальных войск из Азербайджана. Следует также отметить, что, по словам иностранных свидетелей, такие действия были узаконены панисламистской идеологией.
Ситуация в Ване: от приказа о мобилизации до осады в апреле 1915 г.
В конце 1914 г. Тахсин-бей, имевший репутацию человека, придерживающегося умеренных взглядов, все еще оставался губернатором Вана. Во всей северной части вилайета, где армяне составляли большинство и где АРФ имела значительное политическое влияние, власти продолжали относиться к лидерам дашнаков с уважением; отношения дашнаков с местной группировкой младотурок, возглавляемой полковником Джафаром Тайаром и Кючюком Кязимом, оставались лояльными[1289]. Арам Манукян, Ишхан (Никол Микаэлян) и депутат парламента Аршак Врамян, избранный весной 1914 г., позаботились о смягчении проблем, возникших ввиду декларации приказа об общей мобилизации и первых реквизиций. Армянские лидеры были даже приглашены на церемонии по случаю отбытия войск на Кавказ в октябре[1290]. Однако произошло несколько происшествий, которые нарушили спокойствие в Ване: отзыв в Стамбул 29 августа Н. Хоффа, положивший полуофициальный конец армянским реформам; убийство в Баязеде местного лидера дашнаков в сентябре 1914 г.; арест трех лидеров гнчаковцев в городе Ван. В личной беседе с В. Папазяном Вахи Тахсин оправдал этот арест на том основании, что эти три гнчаковца провели тайные встречи в Румынии и готовили заговор против режима[1291]. Однако в то же время он старательно отмечает, насколько власти оценили верноподданническую политическую линию АРФ.
1285
Ibid. Pp. 139–140, cites АСЕНА, fonds 121, vol. 2, liasse 153, fº, publié in extenso. P. 305.
1288