24 мая начались первые нападения на села: Арук/Арюдзга (население 370 чел.), Джахмантс (население 502 человека), Маласа (население 380 чел.), Хайек (население 361 чел.) и Липан; 25 мая Тумель (население 204 человека), Лесонк (население 981 чел.) и еще не менее десятка сел. Всего было эвакуировано и отправлено в ущелье Хус/Кхус 1775 армян, где они были уничтожены под прямым руководством Нусрета и Неджати бандами чете, которыми командовали Хулуки Хафиз-бей, Касаб Дурак, Дервиш-ага, Касаб Эго, Аттар Фейзи и Лазе Ильяс. 27 и 28 мая 1915 г., были эвакуированы и отправлены в направлении ущелья Хус/Кхус жители еще двадцати четырех сел, которых казнили в более отдаленном месте, поблизости от села Янбасди[1628].
По свидетельству оставшегося в живых участника событий по имени Мкртич Мурадян, турецкое население Байбурта было против депортации армян. Предполагают, что каймакаму пришлось казнить трех турок, чтобы урезонить людей[1629]. И все-таки 4 июня 1915 г., из Байбурта отправился первый караван, за которым 8 июня последовал второй, а за ним 14 июня третий. Всего было выслано около трех тысяч человек 11 июня Исмаил-ага, Ибрагим-бей и Пири Мехмед Неджати-бей приступили к разрушению монастырей Сурп Кристапор в Байбурте и Сурп Григор в Лесонке, предварительно подвергнув их ограблению. Конечно, прежде всего, они хотели завладеть монастырскими сокровищами, но одновременно и запустить машину скорейшего уничтожения всех следов тысячелетнего пребывания армян в этом регионе, особенно грандиозных архитектурных памятников раннего Средневековья.
Как свидетельствует Мкртич Мурадян, находившийся в одном из конвоев, вышедших из Байбурта в первой половине июня, они шли по дороге, ведущей из Эрзинджана в Арабкир по мосту через Кемахское ущелье, пока не добрались до Гюмушмадена. Там курдские чете начали методично вырезать депортированных. Нескольким женщинам и детям удалось бежать в село Хуликёй, расположенное между Арабкиром и Харпутом, откуда курдские ага перевезли их в Дерсим. Таким образом спаслись человек восемьдесят. В конце концов, они нашли убежище в Эрзинджане после захвата города русскими войсками[1630].
Кегварт Лусигян, возможно, шедшая в одном караване с Мурадяном, рассказывает, что в двух часах пути от Байбурта мужчин из их группы отделили от остальных и убили. В Плуре на караван напали курдские чете, которые перерезали горло последним мужчинам из их группы Акопу Агабабяну, Закару Шейраняну и брату Кегварт Карапету Лусигяну. Затем чете ограбили депортированных и увезли несколько молодых женщин. В Кемахе женщин, девушек и детей собрали в отдельную группу и раздаривали туркам, специально приехавшим для этого из Эрзинджана. Отобрали четыреста женщин и девушек, но некоторым удалось броситься в воды Евфрата. По словам Лусигян, приблизительно триста женщин из Эрзурума «выдали замуж» за офицеров в Эрзинджане, и еще двести стали «женами» правительственных чиновников. Сама она «принадлежала» одному кади по имени Шакир[1631].
По-видимому, на этом участке Евфрата неподалеку от Кемахского ущелья утопили 2833 детей из казы Байбурт[1632], вышедших из возраста пригодного для «усыновления».
В двадцати пяти армянских селах казы Хыныс/Хнус, которая располагалась на изолированной территории в южной части санджака Эрзурум, проживало 21 382 человека[1633]. Жители этих селений избежали судьбы других армянских мест региона: они были убиты на своей исконной земле. Как и в других местах, операции начались с ареста элиты. В Хнусе, административном центре казы, был сформирован комитет по депортации под руководством Шейха Саида, в который входили Нусреддин-эфенди, Хаджи Иса, Фехим-эфенди, Шюкрю Махмуд Ага-оглу и Эгид Юзуф Ага-оглу. Этот комитет набрал чете из местного турецкого населения и выступил с публичным заявлением об угрозе исламу со стороны армян, которые якобы готовятся к «воссоединению со своими русскими братьями для уничтожения мусульман»[1634]. Первые погромы в казе были проведены в апреле, когда командир отряда чете Ходжа Хамди-бей повел своих людей, расквартированных в армянском селе Гопал на востоке казы, в атаку на два соседних населенных пункта Карачобан (с населением 2571 чел.) и Гёвендук/Геовендуг (с населением 1556 чел.). Чете убили многих крестьян, похитили молодых женшин и ограбили села[1635]. Каймакам Хнуса Тахир-бей оказался не менее рьяным исполнителем, когда дело дошло до ликвидации армянских крестьян. Именно он принял на себя командование шестью или семью сотнями чете, набранных комитетом по депортации. В этих отдаленных сельских горных районах тюркская идеология стамбульской знати была менее влиятельной, чем османский ислам, поэтому для мобилизации местных сил прибегали именно к нему. Тахир являл собой классический пример правительственного служащего среднего уровня с начальным образованием, питавшего глубокую ненависть к много о себе возомнившим армянам, пытавшимся дать своим детям приличное образование и сделать общественную жизнь хоть немного менее грубой. Точно следуя стратегии, выработанной «Специальной организацией», каймакам начал преследовать слабейших. Первыми жертвами начатой 1 июня 1915 г.[1636], «депортации» стали жители Карачобана или тоге что от него осталось. Их согнали в пробитые тающими снегами щели Чагского ущелья, где перерезали горло. В тот же день то же самое проделали с жителями соседнего села Геовендуг. После этого чете напали на села Бурназ/Пурнак (население 449 чел.) и Каракёпрю (население 1161 чел.), жители которых были заколоты и забиты до смерти в отдаленных местах[1637].
1629
BNu/Fonds Andonian, P.J. 1/3, liasse 11 Bayburt, fº 1, свидетельство Мкртича Мурадяна.
1630
BNu/Fonds Andonian, P.J. 1/3, liasse 11. Bayburt, ff. 1vº-3, свидетельство Мкртича Мурадяна.
1631
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Թ 343–344 (en français), dos. № 101, Le récit navrant d’une survivante à Bayburt.
1634
BNu/Fonds Andonian, P.J. 1/3, liasse 59, Erzerum, свидетельство Вагана Миракенца, «Как были истреблены хнусцы», Константинополь, 1919. С. 1 (на арм. яз.).
1637
BNu/Fonds Andonian, P.J. 1/3, liasse 59, Erzerum, свидетельство Вагана Миракенца. P. 2.