Если в начале массовых погромов погромщики не добрались до этого горного района, то 8 мая по приказу вали Джевдета на его штурм были брошены значительные силы, т. н. «Эрзурумский батальон», состоящий из трехсот кавалеристов и тысячи боевиков и чете, оснащенных тремя батареями пушек. Противостоявшие им армянские защитники заняли три оборонные позиции: пятьдесят мужчин под командованием Акопа Блгояна укрепились в Гохбанце, двести пятьдесят по приказу Тороса были размещены в Варагском монастыре, и еще двести пятьдесят под командованием Ширина Акопяна из Арджага заняли позиции в Шушанце. Первое наступление было предпринято на Шушанц, который после слабого сопротивления был взят и предан огню. Затем нападавшие повернули на Гохбанц и его монастырь Святого Григория, который также сдался. Древний монастырь Варага и его коллекции средневековых рукописей были преданы огню. Скопившиеся в этом районе шесть тысяч человек в течение трех ночей пробирались к Вану[1798]. Один армянский источник свидетельствует, что Джевдет не предпринял никаких попыток, чтобы помешать беженцам добраться до города, т. к. там «ему было проще уморить людей голодом и гораздо быстрее сломить упрямство защитников»[1799].
Осада Вана
Хотя большинство армян Вана были сосредоточены в квартале под названием Айгестан («Сады»), расположенном в восточной части города сразу под крепостью, некоторые жили в укрепленном старом городе, где находились магазины и основные правительственные учреждения. Между этими двумя районами лежала практически необитаемая территория. Таким образом, движения сопротивления, с которыми турецкие войска сражались в течение трех недель (одно в старом городе, а другое в Айгестане), были фактически разобщенными[1800]. Первые столкновения произошли в Айгестане на рассвете 20 апреля. Когда тремя часами позже Ван был обстрелян из западной части урартской цитадели, в которой находились городские казармы и склад боеприпасов, армяне забаррикадировались в старом городе[1801].
Д-р Кларенс Ашер, который был личным врачом Тахир-паши, бывшего вали Вана, хорошо знал его сына Джевдета в дни его молодости, а также его жену, сестру военного министра Энвера. В своем описании этого современного утонченного младотурка американский врач отмечает, что тот «показал себя непревзойденным мастером маскировки и притворства», когда убедил армян в своих благородных намерениях для того, чтобы облегчить себе вероломное убийство Ишхана, или когда поддерживал «хорошие общественные отношения» с миссионерами прежде, чем расстрелять это «логово неверных» и честно признаться в своих истинных чувствах по отношению к ним[1802]. По мнению миссионера, все делалось для того, чтобы показать, что Джевдет «планировал на 19 апреля массовую резню всех армян вилайета». Но по настоянию миссионеров он согласился обсудить с ними свое предложение о том, чтобы оставить в американской миссии жандармов для «обеспечения [их] защиты», и даже отложил на двадцать четыре часа выполнение своих планов относительно города с целью «обеспечения эффективной защиты»[1803]. Из всех участников тех событий такую гипотезу выдвинул только Ашер. Однако хронология погромов во всех казах Ванского вилайета, за исключением резни в селе Шатак/Шатах, скорее всего, ее подтверждает.
У защитников Вана, при их недостаточной численности и плохом вооружении, было преимущество: они находились в плотно застроенной городской среде. Но в нем же крылись и недостатки: их позиции непосредственно примыкали к правительственным зданиям в городе, таким как управление государственного долга, суд, отделение полиции и региональная администрация, откуда их могли атаковать турецкие войска. Именно поэтому руководители сопротивления в первый же день столкновений решили отправить десантников на задание с целью поджога этих зданий[1804].
1798
Ibid. P. 219, утверждает, что турецкое наступление на Вараг началось 8 мая;
1799