К началу мая давление со стороны турок настолько усилилось, что комитет самообороны решил перегруппировать свои силы, к которым присоединились сельчане из долины Гахби (к юго-востоку), в районе поблизости Цзидзантца в часе пути на запад от Таха с целью уменьшения линии фронта[1854]. 19 апреля каймакам Нордуза Халет-бей прибыл в казу с подкреплением из шестидесяти человек. Сосредоточение армян из близлежащих сел в Тахе и на других оборонительных позициях привело к дезертирству среди курдских боевиков, что, однако, не уменьшило давления на армянских защитников[1855]. 29 апреля военные действия ужесточились, когда печально известный курдский главарь Лазкин Шакир-оглу, только что закончивший свои дела в селах казы Геваш, прибыл через Норлуз в Шатах и взял Ариком, а затем Крменц, заставив их жителей бежать в Тах[1856]. Однако Джевдет, по всей вероятности, запаздывал с доставкой боеприпасов и двух пушек, обещанных каймакамам Хамди и Халету. Только 5 мая он сообщил о скором прибытии этой техники и поручил обоим оказывать в этом районе поддержку Лазкину и его чете[1857].
На этом этапе противостояния контроль над северным фронтом, являвшимся ключевым входом в Пешанташдскую равнину, на которой собралось большое количество беженцев из казы Геваш, играл решающую роль в сражении. Значение этой позиции еще усиливалось тем, что через нее проходил путь из Востана и Вана. Начиная с 17 апреля, здесь шли ожесточенные бои, которые продолжались до 20 апреля, несмотря на то, что в этом районе искали убежища тысячи беженцев из южных сел казы Геваш, таких как Нор Гюх, Мохраберд, Кантсаг, Баренц и Энтсаг. К концу месяца к ним присоединились беженцы из Айоц Цора и Тимара, увеличив общее число перемещенных лиц в районе почти до 6 тысяч человек. Здесь сопротивление, осуществляемое бойцами из казы Геваш, возглавил Левон Шагоян. Они перекрыли направляемым из Вана пополнениям прямой путь к Таху, вынуждая их идти обходными маршрутами[1858]. Бои в долине были сосредоточены в двух основных точках: в замке Шахрур, который 29 апреля был подвергнут Гусейном-ага жесточайшей атаке, и в Паратодиге, который в тот же день атаковали пятьсот вооруженных пушкой боевиков, направленных из Вана для усиления правительственных войск. Не сумевшие сломить сопротивление в этих двух точках подкрепления были вынуждены пробираться в Тах по опасным тропам долины восточного Тигра и поэтому попали туда только 18 мая[1859].
Действия на других фронтах также не останавливались. В Полсе к северо-западу от Таха и на Хашгантском мосту по дороге из Мокса курдские силы оттеснили армянских бойцов к Дзидзанцу, где 9 и 10 мая произошли особенно ожесточенные бои. А 11 мая пал расположенный к западу от Таха Созванц, что дестабилизировало армянское сопротивление и привело к полному окружению Таха. Пробить эту блокаду смогли только силы, дислоцированные к северу в Синдгине и на Пешанташдской равнине[1860]. 18 мая эти силы попытались отбить Созванц. Тем временем в Тах, наконец, прибыли отправленные из Вана пушки, которые сразу пошли в действие[1861].
Несомненно, что их позднее прибытие помешало каймакаму воспользоваться своим преимуществом. Утром 21 мая арьергардные силы армян отбили Созванц и тем самым сняли осаду с города. 23 мая Хамди-бей и мюдир Алани Шевкет отказались от взятия Таха, поскольку батальон Дро, отстоящий из армян-добровольцев с Кавказа, уже достиг Синдгина[1862].
К концу дня, когда Шатахом овладели русские, все восточные и западные села казы оказались пустыми. Их население собралось в Тахе. А сельчане из южных районов казы либо переместились в Гашби, Гайэт и Армшад, либо бежали в Моке и Синдгин[1863]. Судьба сорока пяти сел Мокской казы и его 4459 армянских жителей[1864] ясно показывает, насколько значительным здесь было влияние местных властей или племенных вождей: эти армяне никогда не подвергались нападениям благодаря защите курдского главаря Муртула-бега, отказавшегося выполнять полученные из Вана приказы[1865].
Баланс событий апреля — мая 1915 г.
Согласно общему балансу, составленному русской армией после занятия ею Ванского вилайета, наступающие русские войска обнаружили в мае 1915 г. пятьдесят пять тысяч трупов, которые они сжигали по мере продвижения[1866]. Эта цифра немногим превышает 50 % армянского населения вилайета. В дополнение к человеческим потерям систематически грабились и выжигались армянские села, оставляя в плачевном состоянии беженцев, сосредоточенных в Ване. Шатахе и Моксе. Действительно, население региона фактически было подвергнуто полному истреблению, поскольку его мусульманские жители покинули его вслед за отступающей турецкой армией[1867].
1855
Там же. С. 396. Хамди-бей, в письме вали Вана от 19 апреля, отметил, что племена покидали свои позиции, чтобы пойти грабить брошенные армянами деревни; поэтому он просил в свое распоряжение регулярные войска и пушку.
1856
Там же. С. 398–399. А-До отмечает, что курды, сражающиеся в Тахе, снова покинули свои позиции, чтобы пойти грабить эти две деревни.
1866
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Յ 549–551, Les massacres d’Arméniens dans le vilayet de Var:
1867